Показать меню
Все статьи

Люди поля: Шукшин и Феллини

Значит, будем жить! О клоунах алтайском и римском, о легкомыслии и победе жизни над "правдой жизни"

5 февраля 2018 Виктор Филимонов
Люди поля: Шукшин и Феллини
В продолжение шукшинского цикла Виктора Филимонова "Культпро" публикует главы его новой книги "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с Шукшиным и его героем в диалог, даже спор. Вместе они оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью. Между полюсами "Бог есть" и "Бога нет". Между неореализмом "унылого бытописательского мелодраматизма" и неореализмом карнавала. С Днем Рождения, Виктор Петрович, спасибо за высшую школу зрения и думанья! Ранее: I. Люди поля. Постановка проблемы II. Люди поля: в пространстве "между"   СНЫ И ВИДЕНИЯ ПАШКИ КОЛОКОЛЬНИКОВА. ЧАСТЬ 2 Два следующих

Христофор-звероглавец. Фрагмент книги "Страдающее Средневековье"

О диковинах, анахронизмах, смехе и трепете, и о том, что все смеют поэт с живописцем

2 февраля 2018
Христофор-звероглавец. Фрагмент книги
В издательстве АСТ выходит книга, которой давно следовало появиться, – "Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии". Ее написали Сергей Зотов, Михаил Майзульс и Дильшат Харман – историки-медиевисты, то есть специалисты по средним векам. Именно они создали одно из самых популярных в сети сообществ "Страдающее средневековье" – веселую и остроумную игру старинных картинок и современных разговоров. Их иллюстрированная книга – уже настоящий просветительский труд, где столь же занимательно и неакадемично изложены и объяснены сюжеты изображений в книжных миниатюрах, на фресках и картинах средневековых художников, где каждая деталь что-то означает, включая не только богословскую символику, но и цвета одежд, форму нимба и уместность

Впервые по-русски "Бойцовые рыбки"

О том, что такое вступать и принадлежать. Фрагмент из романа С. Э. Хинтон

29 января 2018
Впервые по-русски
В 1967-м увидел свет роман "Изгои" (The Outsiders), написанный американской старшеклассницей Сьюзан Элоизой Хинтон несколькими годами раньше. В 1971-м издали ее книгу "Это было тогда, это есть и сейчас" (That Was Then, This Is Now). Наконец, в 1975-м вышли "Бойцовые рыбки" (Rumble Fish) снова о бунтах, бандах, одиночестве юности и о скорости, с которой время ее истекает – по Роберту Фросту: Есть ли что золотей  Первой листвы тополей?  Ведь золото превоцвета,  Уберечь-то всего трудней,  Короткий час, - а потом...  (Вот и рай был так уничтожен!)  И слетает лист за листом,  И рассвет размывается днем -  Уцелеть золотое не может! В экранизации "Изгоев" к стихам Фроста режиссер Фрэнсис Форд К

Шукшин. Люди поля: в пространстве "между"

Об автопортрете, иллюзорной правде жизни, снах и видениях

24 января 2018 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля: в пространстве
В продолжение шукшинского цикла Виктора Филимонова "Культпро" впервые публикует главы его новой книги "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с Шукшиным и его героем в диалог, даже спор. Вместе они оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет". Ранее: I. Люди поля. Постановка проблемы   ГЛАВА ПЕРВАЯ.  МЕЖДУ Попытаюсь проследить, насколько адекватно интерпретируют состояние шукшинского героя как человека поля те, кто, перенося на экран прозу писателя, вступают с ним и с его героем в творческий диалог. С этой целью придется вернуться к съехавшему с корня человеку Шукшина, с точки

За кулисами театра зверей

О слонах, пеликанах, бегемотах и правильном отношении к жизни

22 января 2018 Наталья Львова
За кулисами театра зверей
Театр зверей на Божедомке, названный именем первого заслуженного русского циркового артиста Владимира Леонидовича Дурова, существует с 1912 года. Восемьдесят лет назад здесь дали первое представление для детей. Когда слышу про "слонов с пыльными ушами", я расстраиваюсь. Их ведь моют через день. Шампунь специальный, вода теплая. В театре никаких пыльных слонов не бывает. В Уголок Дурова я ходила много лет – пока со всеми познакомишься, узнаешь режим, расписание репетиций. Обязательно нужно отдавать фотографии, тогда отношения лучше налаживаются. И не делать лишних движений. Животные этого не любят. В этот момент никто не должен появиться на дороге.       Бегемот Сережи Зверинцева. Мушкетер его зовут. Он останавливается перед

Памяти Ларисы Шепитько

Об электричестве, крыльях и идеальном

18 января 2018 Максим Семенов
Памяти Ларисы Шепитько
Сняла мало, рано ушла из жизни, известна, но в памяти зрителя оказалась в тени более удачливых современников. Однако несколько оставшихся после нее картин – наш патент на благородство, пропуск в большой мир, где есть свет, небеса и гармония.   Юрий Ракша. 1977. Портрет Ларисы Шепитько (6 января 1938 - 2 июля 1979)   Фильмы Ларисы Шепитько могут не нравиться. Часто жесткие, даже жестокие, часто непримиримые к зрителю. Они появились в то время, когда в советское кино начали проникать грусть и разочарование. Героини Марлена Хуциева растерянно молчали в трубку, герои Марка Осепьяна осознавали трагический разрыв с прошлым (и даже Аркадий Райкин со сцены немного шутил про Антониони).     Майя Булгакова в роли Надежды Петр

Сокровища Италии: от Караваджо до Тьеполо

Об изобретении лампочки. Фрагмент из новой книги Витторио Згарби

16 января 2018
Сокровища Италии: от Караваджо до Тьеполо
Новая глава итальянских странствий с Витторио Згарби – искусствоведом-вагабундом, бродячим менестрелем искусства – начинается в условной точке Микеланджело Меризи да Караваджо. Принципы этого путешествия раскрыты в обаятельном предисловии Паоло ди Паоло. Также, с любезного разрешения издателей, предлагаем чудесный фрагмент о живописи Герардо делла Нотте – выдающегося мастера ночи, чьей специализацией стало искусственное освещение.     Витторио Згарби. Сокровища Италии: от Караваджо до Тьеполо. Dall’ombra alla luce. Da Caravaggio a Tiepolo. Il Tesoro d’Italia IV. Перевод с итал. А.В. Голубцовой. М.: СЛОВО/SLOVO, 2018   УТОНЧЕННЫЙ ВКУС И ФИЛИГРАННОСТЬ Путешествие продолжается. Восхищение

Шукшин. Люди поля

Проза Василия Шукшина на экране, в диалоге и споре

10 января 2018 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля
Мы продолжаем публикацию шукшинского цикла Виктора Филимонова, новых глав его будущей книги о переводе прозы Шукшина на язык кино и о тех, кто, перенося на экран его тексты, вступают с ним и с его героем в диалог, даже спор, и вместе оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет".    Шукшин в кабинете. Фото Анатолий Ковтун   Между "есть Бог" и "нет Бога" лежит целое громадное поле, которое проходит с большим трудом истинный мудрец. Русский же человек знает какую-либо одну из этих двух крайностей, середина же между ними не интересует его; и потому обыкновенно не знает ничего или очень мало. А.П. Чехов. Из дневников  

Мартин Скорсезе и варвары с юга

О парусниках, иезуитах и японском искусстве намбан

9 января 2018 Вероника Бруни
Мартин Скорсезе и варвары с юга
Мартин Скорсезе в "Молчании" по роману Сюсаку Эндо следует за историческими событиями, предопределенными встречей двух цивилизаций. В фильме молодые португальские отцы-иезуиты ищут исчезнувшего в Японии наставника, а выживший – найдет вероотступника. Падре Феррейра (1580-1650) вместо мученической смерти за веру принял буддизм и японское имя, чтобы прекратить истязания новообращенных последователей-японцев. Его ученик Родригес услышит и доводы Ферррейры, и глас самого Бога, и в свой черед отречется от христианского вероисповедания и от проповеди – во имя любви к ближним, главной, как напоминает нам Скорсезе, заповеди Христа. Монах неоднократно услышит и то, что христианство не растет на ядовитой для него японской почве.    Молчание. Мартин Ск

Сено Гегеля и Лескова

Старое новое чтение к Старому Новому году

5 января 2018 Игорь Зотов
Сено Гегеля и Лескова
На самом деле все было не так, как отложилось в памяти. Справедливости ради признаюсь: сперва-то я прочел "Кольца Сатурна" Зебальда, и лишь затем "Манарагу" Сорокина, а все это вместе – на фоне очередного тома нескончаемого Пруста. Но миф, с которым жить, вышел такой: разочаровавшись в Сорокине, я поклялся больше никогда в жизни не связываться с современной литературой. Nunca jamas – как говорят в таких случаях испанцы. Вместе с Россией, стозевно дышавшей еще в "Теллурии", из новой прозы Сорокина ушла сама жизнь, взамен же она (проза) обрела приставку "евро". Отставив Россию, Сорокин написал вполне заурядный евророман, в меру смешной, в меру увлекательный, каких море.       Зато окончательно очаро