Показать меню
Рубина Дина

Русская литература в 2015 году: финалисты Большой книги

Заметки к короткому списку главной литературной премии года

3 августа 2015 Игорь Зотов
Русская литература в 2015 году: финалисты Большой книги
В коротком списке премии "Большая книга" девять имен, и половина позиций – очевидный балласт. Вероятно, по случаю заявленного в России Года литературы невольно выплеснулось желание выдать количество за качество. В прошлом году, кроме безусловного лидера Владимира Сорокина и победившего Захара Прилепина, на премию всерьез претендовали Ксения Букша, Алексей Макушинский, Александр Григоренко. Более половины списка – яркие, необычные книги. В нынешнем году явный лидер тоже один – покойный Валерий Залотуха с колоссальной – в две тысячи страниц! – "Свечкой". Половину остальных восьми произведений я бы отнес к литературным недоразумениям, а другую – не посмел бы отнести к событиям литературы. Недоразумения принадлежат авторам несо

Русская литература в 2015 году: Мария Голованивская

Архипелаг «Пангея»

27 января 2015 Игорь Зотов
Русская литература в 2015 году: Мария Голованивская
Мария Голованивская. Пангея. НЛО, 2014 Строго говоря, это произведение издано в 2014-м, но поскольку в январе еще рановато для книг сочинения 2015 года, то к новейшей литературе переходить станем плавно. Для корректного освоения 750 страниц "Пангеи" неплохо обладать эрудицией. Как минимум - прочесть Ветхий и Новый Завет. И держать в голове немало всякой всячины. Или вовсе ничего не знать. Читать, будто с чистого листа, словно с другой планеты. «Пангея» подобна архипелагу и состоит из почти полста новелл. Все они связаны сквозным сюжетом и написаны хорошим русским языком – ясным, богатым и гибким. Каждый рассказ снабжен исторической справкой или почти басенной моралью. Никаких препятствий для комфортного чтения, всё по полочкам, в помощь читателю. Т

Русская литература в 2014 году: Дина Рубина

А также русские голоса заграницей и последние Маркес и Солженицын

28 апреля 2014 Игорь Зотов
Русская литература в 2014 году: Дина Рубина
Семейная сага Дины Рубиной "Русская канарейка" напомнила мне моего кенаря - Дусика. Тот тоже поёт самозабвенно, причём не только под Моцарта или Сальери, а, заслышав, к примеру, стиральную машину или Скорую помощь с улицы. На зависть разнообразны источники Дусикова вдохновения. Под его-то пение я легко и быстро прочитал два тома рубинской саги - третий выйдет осенью. Я был свидетелем рубинского успеха у читателей, видел, как под завязку заполнился большой зал московского Дома литераторов её поклонниками - в основном женского пола. Язык Рубиной живой и пластичный, сюжеты закрученные, информации - море. Но назвать её новую книгу "большой литературой" я бы остерёгся. Первый том с канареечным названием "Желтухин" действительно похож на сагу. Две семьи,