Показать меню
Вознесенский Андрей

Шестидесятые: удостоверение времени

Рождественский, Аксенов, Окуджава, Евтушенко, Вознесенский в книге "Удостоверение личности", фрагмент

14 ноября 2016
Шестидесятые: удостоверение времени
  То ли страсти поутихли,  То ли не было страстей…    Геннадий Шпаликов   Книга "Удостоверение личности" вышла небольшим тиражом в 2002 году. Это сборник, посвященный поэту Роберту Рождественскому: его стихи, фотографии, документы, монологи его друзей и коллег, живые голоса из живого, шального, настоящего продолженного времени.   Роберт Рождественский. 1959. Фото - С. Переплетчиков   Булат Окуджава … А потом судьбе было угодно, чтобы мы попали все в одну компанию. Это произошло не по сговору. Это время так распорядилось интересно. И хотя я был старше всех в этой компании, я прошел фронт, был совсем в другом качестве... так сложились обстоятельства, что мы оказались вместе. Совершен

Русская литература в 2015 году: финалисты Большой книги

Заметки к короткому списку главной литературной премии года

3 августа 2015 Игорь Зотов
Русская литература в 2015 году: финалисты Большой книги
В коротком списке премии "Большая книга" девять имен, и половина позиций – очевидный балласт. Вероятно, по случаю заявленного в России Года литературы невольно выплеснулось желание выдать количество за качество. В прошлом году, кроме безусловного лидера Владимира Сорокина и победившего Захара Прилепина, на премию всерьез претендовали Ксения Букша, Алексей Макушинский, Александр Григоренко. Более половины списка – яркие, необычные книги. В нынешнем году явный лидер тоже один – покойный Валерий Залотуха с колоссальной – в две тысячи страниц! – "Свечкой". Половину остальных восьми произведений я бы отнес к литературным недоразумениям, а другую – не посмел бы отнести к событиям литературы. Недоразумения принадлежат авторам несо

Иосиф Бродский. После нашей эры

В отличье от животных, человек уйти способен от того, что любит

27 мая 2015 Игорь Зотов
Иосиф Бродский. После нашей эры
В конце 70-х я учился на филфаке МГУ, и как-то на лекции (для рифмы хочется думать, что по античной литературе) моя подружка Катя передала мне несколько видавших виды бумажных листков: третья или четвертая копия напечатанных под копирку стихов. Странное название Post aetatem nostram уже не составило труда перевести – "После нашей эры". Ниже шло посвящение некоему А.Я. Сергееву, имя автора отсутствовало. В ту пору я не мог назвать себя человеком в поэзии сведущим, хотя и завел амбарную книгу, куда вписывал от руки – машинки у меня не было – полузапретного Мандельштама и Гумилева, но качество этих стихов в глаза бросалось сразу. Древнеримский сюжет только прикидывался загадочным, с самого начала намеки на жгучую современность были очевидны: движенье п