Показать меню
Цветаева Марина

Дочь философа Шпета

О том, что человек больше жизни. Из воспоминаний Марины Густавовны Шторх

28 января 2015
Дочь философа Шпета
Елена Якович. Дочь философа Шпета в фильме Елены Якович. Полная версия воспоминаний Марины Густавовны Шторх. CORPUS. 2014 Это, безусловно, одна из лучших книг ушедшего года, даже несмотря на то, что сначала воспоминания Марины Шторх, младшей дочери Густава Шпета, прозвучали с телевизионного экрана в одноименном фильме Елены Якович. Но фильм длится всего два часа, а запись беседы с 96-летней Мариной Густавовной составила тридцать часов. Увлекательный, порой трагический рассказ не только о знаменитом отце, но и о долгой насыщенной жизни. Густав Шпет отказался в 1922 году покинуть родину на «философском пароходе», увезшем в эмиграцию многих знаменитых русских ученых и литераторов, спасшихся тем самым от репрессий, – замена смертной казни изгнанием. В награду за патриот

Припасли, дружок, немного водочки, вот теперь ее и разопьем

120 лет назад родился поэт Георгий Иванов

30 ноября 2014 Константин Богомолов
Припасли, дружок, немного водочки, вот теперь ее и разопьем
В тот раз, лет шесть назад, я приехал в осенний Париж автобусом из Антверпена. И вдруг остался без ночлега. Оказалось, что в уютную квартиру у сада Тюильри мне суждено вселиться лишь поутру. Денег было в обрез, и я добрел до вокзала Сен-Лазар, вокруг которого прорва дешевых гостиниц. Толкнул двери на рю Будапешт – и тотчас, без паспорта, получил ключ в обмен на тридцать, кажется, евро. Я и прежде бывал в отменных дырах, но этот парижский номер превзошел все ожидания. Дыры здесь были чисто конкретные: в стенную входили оба кулака, дыра в полу вместила бы обутую ступню. Помимо кровати в комнате был стол навроде письменного, но за ним не с руки было писать даже прощальную записку: это была груда размокших и заплесневелых досок, составленных в виде стола. О виде из окна говорить был

Ольга Балла: «Блаженная иллюзия преодоления собственных границ»

Интервью с человеком, который необыкновенно много читает

17 января 2014 Дмитрий Бавильский
Ольга Балла: «Блаженная иллюзия преодоления собственных границ»
Обозреватель журнала «Знание-сила» Ольга Балла кажется мне идеальным читателем. Возможно, нет больше в стране столь всеохватного критика со столь разнообразным кругом интересов. Балла удивительно много читает, крайне много и толково рецензирует, в ФБ коллекционирует картинки, посвященные усладе библиофильства, и ничуть не скрывает страсть запойно погружаться в чтение.   В одном из ваших блогов вы постоянно вывешиваете списки книг. Количество их ошеломляет. Какую часть своих доходов ежемесячно вы тратите на книги? — Цифра, в ее неразумной величине, скорее всего получится неутешительная. Впрочем, со временем она делается всё утешительнее, потому что с некоторых пор издательства дают книжки на рецензии. Случается, что и авторы дарят. И тут я немедленно начинаю

Наталья Гончарова, делатель картин

О белой лошади света и о павлине, похожем на Колизей

17 декабря 2013 Людмила Бредихина
Наталья Гончарова, делатель картин
Выставка «Между Востоком и Западом» в 2013 году показывала около 400 работ самой знаменитой русской художницы. Немало, хотя не так уж и много. Наследие Натальи Гончаровой, неутомимого «делателя картин», ― огромно. Так называвший её Ларионов считал, что она маловато работает, и был явно не прав. Сто лет назад, в 1913 году, на её персональной выставке в Москве было показано более 700 картин. Сейчас нам показывают только самое значительное, отстоявшееся, проверенное временем, провенансом (историей владения) и экспертизой, что в истории с русским авангардом совсем не лишнее. Она была звездой среди звёздных «амазонок авангарда». «Амазонками» и «скифскими наездницами» назвал однажды Александру Экстер и Ольгу Розанову их друг Бен