Показать меню
Булгаков Михаил

Шукшин. Люди поля: о силе рассказа как такового

Напутствие экранизирующим Шукшина

1 апреля 2019 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля: о силе рассказа как такового
В завершение шукшинского цикла историка литературы и кино Виктора Петровича Филимонова публикуем новую главу его книги "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с ним и с его героем в диалог или спор, оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет".  Ранее: I. Шукшин. Люди поля II. Шукшин. Люди поля: в пространстве "между" III. Люди поля: Шукшин и Феллини  IV. Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Ваш сын и брат" V. Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Живет такой парень" VI. Шукшин. Люди поля: истина опасных поступков

Каспар Хендерсон. Книга о самых невообразимых животных

Глава о японской макаке из волшебного Бестиария XXI века

30 апреля 2015
Каспар Хендерсон. Книга о самых невообразимых животных
Эта книга диковин, конечно, выделяется среди других книг о живых организмах, населяющих Землю. Не только потому что она посвящена существам необычным. В конце концов, по словам Бертрана Рассела, мир полон волшебных вещей, которые терпеливо ждут, когда мы поумнеем. Всё живое по-своему необычно, а необычность зависит лишь от степени непривычности, и житель Северного Урала дивится верблюду, совершенно обыкновенному для обитателя Каракумов. "Бестиарий ХХI века" – это, в первую очередь, не столько свод чудес, сколько книга философская. Представим себе без эмоций, спокойно и рассудительно, что будет с миром, если исчезнут все животные.  Допустим, человек к тому времени прекрасно научится обходиться без мяса и рыбы, производя нечто подобное по составу, скажем, из нефти. А про

Абыр, абырвалг

Там, где чудища живут, или Левиафан в мировой литературе: от абстрактного зла к реальному государству

4 февраля 2015 Игорь Зотов
Абыр, абырвалг
К выходу на экраны фильма Андрея Звягинцева "Левиафан" мы отыскали представителей этого вида в книгах прежних веков. …Из-за этакой гады забылся в человеке человек! – восклицает астафьевский герой, запутавшись посреди Енисея в собственных снастях, которые расставил на царь-рыбу – огромного осетра, и обреченный на медленную мучительную смерть. Бог и Астафьев прощают его, Игнатьич выпутывается, а осетр, по всей видимости, гибнет. Конечно, Астафьев не держал в уме царь-рыбу ни как олицетворение государственной мощи, ни как библейского левиафана. Но сам образ огромной рыбины, обитающей во враждебной среде и из глубин постоянно грозящей человеку гибелью, наверняка, в подсознании писателя бился. Нечто изначально чуждое, непонятное, мощное, непредсказуемо

Русская литература в 2014 году: Олег Радзинский

Суффикс как разгадка, а также о путешествиях во времени

3 декабря 2014 Игорь Зотов
Русская литература в 2014 году: Олег Радзинский
Олег Радзинский. Агафонкин и Время. Corpus. 2014   Эту книгу автор представил на недавней ярмарке nonfictio№16. В премиальные списки уходящего года она, разумеется, не вошла, зато войдет, уверен, в следующем году. И вот почему. С первых же строк очевидно: "Агафонкин" продолжает традицию прозы братьев Стругацких. Хотя не только ее, а и некоторые другие, но о них позже. Сюжет фантастический: главный герой работает курьером во времени. Свободно перемещаясь в хронологических координатах в любую эпоху, а точнее в любое Событие, он доставляет Адресату, обитающему в этом Событии некую инструкцию от некого демиурга. В числе прочего курьер частенько возит из 2014 года инструкции ленинградскому мальчику Володе Путину. В частности и такую, которая убеждает того серьезно занять

Влад Феркель: Разобраться с историей можно только через личности, ее создававшие

От «Войны и мира» до «Мастера и Маргариты»: как челябинский энтузиаст изучает подлинную жизнь литературных героев

21 февраля 2014 Дмитрий Бавильский
Влад Феркель: Разобраться с историей можно только через личности, ее создававшие
Челябинский поэт, публицист и переводчик Влад Феркель составил около десятка библиографических словарей. Он изучает большие книги, основанные на исторических событиях, и судьбы всех персонажей, как подлинных, так и вымышленных – откуда взялись и что для автора и его замысла означают. Выписывает все действующие лица, главные и второстепенные, и раскрывает их подноготную. Биографическую и смысловую. Выходит увлекательное чтение. Феркелем уже изданы словари, посвященные «Ивану Грозному» Валентина Костылева, «Емельяну Пугачеву» Вячеслава Шишкова, «Петру Первому» Алексея Толстого, «Войне и миру» Льва Толстого, «Мастеру и Маргарите» Михаила Булгакова и другим «эпическим полотнам». Я давно знаю Влада - человека де

В своем Роде

Екатерина Жарова издала книгу «Род Ульянинских», проследив пращуров с 1730 года

3 февраля 2014 Игорь Зотов
В своем Роде
Давняя моя подруга, филолог и преподаватель Катя Жарова написала книгу. Название самое простое: "Род Ульянинских". 200 экземпляров по 250 страниц, изданных на деньги автора. 7 лет работы. Из названия ясно - это генеалогическое исследование. Годы трудов (в свободное от основной работы время) в архивах, в библиотеках, в ДЭЗах, на кладбищах... - и вот род Катиной бабушки по отцу прослежен с 1730 года до наших дней. Можно копнуть еще глубже, чем Катя и собирается заняться в недалеком будущем. В предисловии она пишет: Архивная работа похожа на детективное расследование. Или на складывание пазла, мозаики - все кусочки должны лечь на свои места, их нужно плотно пригнать друг к другу. Это загадка и вызов. Детективного там действительно хватает: бывало, ценные сведения вдруг выск