Показать меню
Интервью

Алексей Моторов: Люди очень редко понимают приближение смертного часа

Писатель, в прошлом врач, о вере и слове в жизни, болезни и смерти

19 мая 2014 Кирилл Михайлов
Алексей Моторов: Люди очень редко понимают приближение смертного часа
Автор книг «Юные годы медбрата Паровозова» и «Преступление доктора Паровозова», вышедшей совсем недавно, Алексей Моторов начинал свою медицинскую карьеру в 7-й московской горбольнице медбратом отделения реанимации. Именно этот трудный опыт наблюдений, к которым невозможно привыкнуть, но всё равно привыкаешь, опыт перед лицом смерти стал основой его книг.   В «Преступлении доктора Паровозова» вы описали, как уже в конце советских времён люди понесли в палаты иконки, ставили баночки с заряженной водой на тумбочки. Когда вы в последние брежневские годы начали работать в больнице, наблюдали ли вы проявления религиозности? Как в дальнейшем происходила трансформация поведения людей? – По моим ощущениям, я об этом и в книжке пишу, весь этот

Театральный разъезд

Беседа с театральным блогером Татьяной Старостиной о "кудряшах", сквозной яичнице и итогах сезона

13 мая 2014 Людмила Бредихина
Театральный разъезд
Таня, давай поговорим о том, что было примечательного на театре в этом сезоне. В духе гоголевского "Театрального разъезда", по свежим следам и невзирая на то, что уже сказали Первый и Второй comme il faut, Чиновник средних лет, Бекеша и Наш народ. — Начнем с основной интриги?  Имеешь в виду "Золотую маску"? — Конечно. Фестиваль — всегда интрига. Важно, кого отберут из Москвы, как Москва будет соревноваться с Питером, привезут ли кого из провинции и победит ли провинция столицу, что бывает редко, но все-таки бывает. Есть мнение — вообще разделить провинциальные и столичные театры на два фестиваля. — Это трудно, дорого и зачем? Хотя провинция, конечно, слабо представлена в столицах. Омск, Томск, Новосибирск, вот Ярославль

Аркадий Ипполитов: Осточертеть Венеция может, приесться - нет

Хранитель собрания итальянской гравюры Эрмитажа о своей новой книге

5 мая 2014 Дмитрий Бавильский
Аркадий Ипполитов: Осточертеть Венеция может, приесться - нет
Сто лет спустя Аркадий Ипполитов решился пойти по стопам Павла Муратова, написавшего «Образы Италии» — самый известный итальянский травелог, написанный по-русски. Новый цикл книг неслучайно носит подзаголовок «Образы Италии-XXI». Его первая книга «Особенно Ломбардия» издана пару лет назад. Теперь — «Только Венеция». Город дан без описания островов лагуны, и даже Лидо с Джудеккой обойдены вниманием. Поэтому — только Венеция, особенное место для автора, однажды уже написавшего для «Афиши» путеводитель по Светлейшей, так называли Венецианскую республику в прошлые века — La Serenissima. Нужно ли говорить, что Ипполитов знает этот город столь же хорошо, что и историю итальянской живописи, которой занимается всю

Галина Шеляпина: Когда Шухов строил башню, болты были более дорогим решением

О том, что если башню разобрать, собрать ее будет невозможно, бессмысленно

29 апреля 2014 Иван Куликов
Галина Шеляпина: Когда Шухов строил башню, болты были более дорогим решением
Судьбой памятника инженерной мысли, башни Шухова на Шаболовской — может стать пословица: «что имеем — не храним, потерявши — плачем». Перспектива одним росчерком министерского пера уничтожить любимую башню повергла город в состояние шока. И не одни москвичи ужаснулись: письмо в защиту памятника подписали ведущие архитекторы нашей страны и мира. Башня, к счастью, ещё не потеряна, но чтобы сохранить её для потомков необходимо уже сейчас принять решение о том, что следует предпринять. А это зависит от диагноза состояния башни, который варьируется в диапазоне от «простоит ещё столько же» до «рухнет через 2–3 года». О том, что происходит с башней на самом деле, рассказывает Галина Шеляпина — заведующая отделом конструкц

Захар Прилепин: Империя - это форма жизни, единственно возможная для моей страны

О тех, кто принимает решения, о правде Толстого, о Крыме Пушкина и о том, без чего рассыпается нация

23 апреля 2014 Игорь Зотов
Захар Прилепин: Империя - это форма жизни, единственно возможная для моей страны
Роман "Обитель": почти 800 страниц, 40 центральных персонажей и сотня эпизодических: православные и католические священники, поэты, философы, актёры, музыканты, спортсмены, шпионы, крестьяне, революционеры, чекисты, белогвардейцы, русские, украинцы, индусы, латыши, чеченцы, поляки, казаки, евреи. Каждому - своя биография, убеждения, вера, характер. Чтобы изучить и положить на бумагу мир Соловков, Захару Прилепину понадобилось три с половиной года труда. И вот пришло время это читать. Мало, кто понимает, и редко от кого можно услышать, что «дело государственной пропаганды - не пропагандировать прихоти и похоти, а доказывать, что всегда выигрывает тот, кто тоньше чувствует, сложнее рефлексирует». Об этом и о том, как создавалась книга, как история человеческой души скла

Владимир Хрусталев: Как убивали Романовых

Историк-исследователь, публикатор дневников императорской фамилии о предательстве, о страстях и о казни семьи в масштабе европейской геополитики

18 апреля 2014 Александра Пушкарь
Владимир Хрусталев: Как убивали Романовых
На что похожа История? История похожа на огромную коммунальную квартиру. Мы все в ней прописаны — все жильцы, все участники. Иные из комнат заселены. Можно войти, представиться, расспросить. Другие — пусты и запечатаны, спросить не у кого, и только по тому, что оставили по себе люди, можно понять, какими они были. Зачем? Да затем, что живем вместе! Долевые собственники общего жилья. А что такое время? Категория разума, то есть часть нас самих. Каким хотим, таким и видим его. Если оно в самом деле единое пространство комнат-эпох, то нас нельзя делить на "мы" и "они" — мы одно. И кто знает, не живут ли за стеной наши пращуры, не слышат ли нашу возню, и не стыдно ли им за нас. Самый верный способ попасть туда, за стену, — документы, письма и днев

Тамара Левада: На чем Москва держалась

Карточки, почтальоны, сорняки, фотограф Живаго и цивилизация глазами школьницы из осажденной Москвы и философа из Москвы постсоветской

14 апреля 2014 Александра Пушкарь
Тамара Левада: На чем Москва держалась
Битва за Москву продолжалась сто с лишним суток, с 30 сентября 1941-го по апрель 1942-го. В европейские учебники истории она вошла под немецким названием: операция «Тайфун». Между обороной и наступлением наших частей жителей Москвы эвакуировали дважды. Детей вывозили почти принудительно, в городе оставались единицы. В их числе - Тамара Левада. Тамара Васильевна родилась в Москве и живет здесь до сих пор. Окончила философский факультет МГУ. Преподавала философию. Вдова видного российского социолога Юрия Александровича Левады. Рассказ её долгий, но все его события составляют единый непрерывный сюжет, и нашей жизни тоже.    Простые вещи Тамара Васильевна Левада. Из домашнего архива Весной 1941 года мне исполнилось 12 лет. Мама у меня ― домохозяйка,

Патриот Родины, которой не было

Фотограф Евгения Зубченко о жизни и работах стрит-артиста Паши 183, идеалиста и анархиста духа

9 апреля 2014 Людмила Бредихина
Патриот Родины, которой не было
В Московском музее современного искусства на Гоголевском бульваре проходит выставка «Наше дело подвиг!». Это первая музейная выставка художника Павла Пухова (1983–2013) ― художника улиц, работавшего под псевдонимом Паша 183. Женя, расскажи, как возник твой интерес к стрит-арту, это профессиональный интерес журналистки и фотографа или просто случайное знакомство? ― Я начала снимать граффити в 2008 году, когда работала в газете «Новые известия». Культурной столицей граффитистов был тогда Лондон, и я стала туда регулярно ездить. Параллельно интересовалась тем, что происходит у нас. У нас, говорили мне, стрит-арта нет, он мёртв. Граффити есть, а стрит-арта не было и нет. Это была частная инициатива, не задание газеты? ― Да, я снимала это не по заказу.

Александр Майоров: Слово "народ" у нас означало "стадо лошадей"

Бурятский филолог о судьбе русского, и не только, языка в Сибири и Забайкалье

3 апреля 2014 Игорь Зотов
Александр Майоров: Слово
На каком языке говорили русские поселенцы в Сибири триста лет назад? Как развиваются и умирают языки? Какие открытия можно сделать, составляя словарь русского языка? На эти и другие вопросы отвечает автор "Словаря русского языка XVIII в.: Восточная Сибирь. Забайкалье", доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и общего языкознания Бурятского государственного университета Александр Петрович Майоров. Вы родились в Улан-Удэ, в бурятской семье. Почему вы решили посвятить себя русской филологии? - Это определилось еще в школе, что я скорее гуманитарий, хотя я по всем предметам успевал на "хорошо" и "отлично". А поскольку я все-таки родился в восточной семье, мое будущее окончательно решили за меня родители: брат ста

Священник Борис Михайлов: Храм Покрова в Филях похоронят в стекле и бетоне

Наполеон сделал его конюшней, комиссар – обезглавил, как далеко зайдет московская мэрия?

24 марта 2014 Кирилл Михайлов
Священник Борис Михайлов: Храм Покрова в Филях похоронят в стекле и бетоне
Власти Москвы нередко действуют вопреки градостроительной политике и согласно этой давней привычке изъявили готовность начать гигантскую стройку в Филях. Масштабное строительство намечено на месте бывшего Западного речного порта, но точка отсчёта для историков, для православных верующих, для всех наследников русской культуры находится всего в 150 метрах от будущего строительства. Это храм Покрова Пресвятой Богородицы в Филях — памятник архитектуры федерального значения. В соответствии с проектом застройки, он будет попросту задавлен 70-метровыми корпусами и автомобильной трассой из восьми полос. В декабре этому безобразному прожекту были посвящены общественные слушания на уровне муниципалитета. Настоятель храма протоиерей Борис Михайлов, будучи историком искусства, ещё в 2002 году оп