Показать меню
Ландшафт
Не буузами едиными
www.spbwide.ru

Не буузами едиными

Очерк о петербургском дацане. Навстречу году Синей Деревянной Лошади, который начнётся 31 января

28 января 2014 Кира Гордиенко

Просто так прогуливаясь по Петербургу, вряд ли можно попасть на пересечение Приморского проспекта и Липовой аллеи, но у меня нашёлся весомый повод добраться до этого перекрёстка. Именно здесь расположен самый старый в Европе буддийский дацан. Там шершавый запах сандала, всё ярко и как-то, знаете, спокойно и размеренно. Тибетское слово «дацан» означает «монастырская школа». Имя его «Гунзэчойнэй», что в переводе с тибетского — «Источник святого учения всесострадающего владыки-отшельника». Вот он и стоит на берегу Невы, гранитный, величественный и в то же время очень уютный «источник». Территория храма обнесена красивой оградой, к прутьям привязаны разноцветные ленточки и лоскутки. Это не просто украшения — каждый кусочек ткани символизирует чью-то заветную мечту. Принадлежит наш дацан к школе Гелугпа (традиция тибетского буддизма). Первое богослужение в храме — отделка ещё не была закончена — состоялось 21 февраля 1913 года, в день празднования 300-летия дома Романовых. Официальной же датой открытия считается 10 августа 1915 года, когда в дацан доставили пятиметровую статую Будды и провели обряд освящения. В честь открытия Петроградский монетный двор даже отчеканил специальные латунные жетоны-медали с силуэтом храма и его названием на тибетском и монгольском языках.

За 100 лет существования дацан пережил много перерождений. Прекращал свою деятельность, возобновлял, превращался в физкультурную базу и радиостанцию, становился приютом лабораторий Зоологического института (где, по слухам, препарировали слона, умершего в Рижском зоопарке), лишался главных реликвий, обустраивался вновь…

Доступ открыт всем желающим независимо от вероисповедания, ограничивается лишь временем работы самого храма, то есть ежедневно с 10 до 19, кроме среды. Дважды в сутки, с 10 до 12 и с 15 до 16 часов, в храме проводятся хуралы — молебны. Нехитрые правила посещения вывешены при входе.

Шапку следует снять, а бахилы (продаются при входе) надеть. Прихожане выставляют на специальный стол подношения — много сладостей и пакеты с молоком. Для пожертвований имеется жёлтый ящик, считаю нужным кинуть туда купюру, так как дацан Гунзэчойнэй не имеет других источников финансирования, кроме помощи прихожан и книжной лавки с буддийской премудростью. В той же лавке продают благовония из Индии, которые я с удовольствием унесла домой. Хуралы по лунному календарю проводятся ежемесячно в дни Упосатхи, особые для буддистов. Мне довелось побывать на хурале Ламчог Нимбо — это день пробуждения Будды — 15-й день лунного календаря. Больше часа ламы нараспев читали мантры. Каждый лама со своим инструментом — раковина, колокольчик, барабан или тарелки. Гысхы-лама, следящий за дисциплиной и выполнением правил, показывал прихожанам, когда следует вставать и садиться. Если написать на клочке бумаги своё имя и дату рождения, передать её ламам или положить в специальную коробочку, то в нужный день за вас прочтут молитву.

Обряд непрерывного простирания «прямо стоя — на колени — лоб об пол — лечь во весь рост — на колени — прямо стоя» показался мне довольно сложным физическим упражнением. Тренированные прихожане, однако, справляются без видимых усилий. В дацане молебен не смотрится как-то официально, все запросто, и время летит незаметно. Когда все покидают дуган — алтарный зал, где проходят службы, — хочется ещё немного задержаться и посидеть одной, наедине с золочёной статуей Будды. На прощанье ламы стукают по лбу специальной дощечкой, вроде как благословляют. Стукают несильно, очередь за благословением изрядная, и все радостно ждут, когда им перепадёт хлопок. У выхода один монах шлёпнул дощечкой коллегу, весело посмеиваясь, чем добавил происходящему реальности и непринуждённости.

В храме сейчас проживают пятеро лам. Двое из них именно монахи, то есть те, кто получили монастырское образование и приняли монашеский обет. Остальные без монашеских обетов — их тут называют ламы-домохозяева. Ещё существуют семейные ламы, но им уже нельзя жить в дацане, они только приходят на службу, у некоторых есть свой кабинет. Слово «лама» переводится с тибетского языка как «учитель, мудрость», и никакого обязательного монашества не предполагает. Это стало для меня открытием, всегда думала, что лама и есть монах.

Одного из лам-монахов я попросила рассказать мне о дацане и его обычаях. Про быт лама Антон рассказывает сдержанно и деловито - про службы, про столовую, часы работы. Но как только речь заходит о вере, появляется смущённая улыбка, а взгляд наполняется нежностью. Он говорит о сострадании и терпении, как о главных качествах, которые нужно развивать в себе. О том, как сложно утихомирить свой эгоизм и что путь к монашеству долгий и трудный.

Сам Антон изначально подметал в дацане пол. Пять лет подметал, прежде чем начать обучение. Лама Антон сравнивает наш беспокойный разум с Невским проспектом, а медитацию-сосредоточение с тем, как вырвать из суеты Невского нужное и сконцентрироваться на нём, отметая всё лишнее, преходящее. Удерживать своё внимание лишь на главном — это то, над чем он сейчас работает. Антон кратко формулирует суть буддизма: «Если мы можем помогать другим, нам надо это делать. Если не можем, тогда следует хотя бы воздерживаться от причинения им вреда». Лама Антон выглядит заразительно счастливым и умиротворённым. По субботам он читает систематизированный курс философии буддизма, комментирует и поясняет тексты из учений.

В дацане принимает врач-тибетолог и костоправ, к нему запись. Подкрепиться можно в столовой. Незатейливое меню из 3–4 блюд. Основное блюдо — буузы, бурятская кухня, что-то вроде большого пельменя, сваренного на пару, как хинкали или манты. Гурманы утверждают, что он вылеплен в форме лотоса и божественный на вкус. У меня есть знакомые ценители, которые наведываются в дацан исключительно отведать бууз по 35 рублей за штуку. Делать заказ в столовой следует, дотронувшись до «музыки ветра» над прилавком, работники реагируют только на такой призыв. Услышав мелодичный звон, ко мне вышла принять заказ девочка лет 7–8 по имени Вика, в разговоры вступать не стала, но очень шустро сосчитала сдачу и принесла заказ. Мне удалось попробовать в столовой лишь вкусный чай с молоком, так как в меню не нашлось подходящих позиций для вегетарианцев. Я спросила ламу, почему так получилось, ведь мне казалось, что буддизм не только уважает вегетарианцев, но и в общем-то ратует за то, чтобы не есть братьев наших меньших. Оказалось, что Будда говорил многое и всем — разное, а поскольку это учение «срединного пути» и у каждого человека этот путь свой, то каждый практикующий должен адекватно оценивать действительность и соотносить с ней свои возможности. Для бурятов не есть мясо затруднительно в силу климатических условий. Исторически буряты выживали, благодаря охоте и животноводству. А поскольку основную массу прихожан и работников дацана составляют именно буряты, то и кухня под стать. Русский лама Антон — единственный вегетарианец в дацане. В столовой я бы не сказала, что очень уютно: пластиковые тарелки, видавшие виды столы, обшарпанные стены. Интерьер оживляют красочные сценки из жизни бурятов на стене и яркие одежды лам. Объявление на монгольском (?) языке, вероятно, желает приятного аппетита. А может, просит убрать за собой тарелки?

Покидая дацан, приятно пройтись вокруг самого храма слева направо, согласно движению солнца, вращая молитвенные барабаны. Это ритуал Гороо, и, строго говоря, начинать посещение дацана следует с него. Барабаны сулят исполнение желаний тому, кто не поленится их прокрутить. Внутрь каждого барабана вложена священная трава и мантра «Ом мане падме хум», записанная более 10 800 раз. Оборот барабана приравнивается к произнесению всех мантр, которые он несёт в себе. Очень удобно! Попросту говоря, вы непринуждённо гуляете по территории, вертите себе молитвенные барабаны, по пути умиротворяясь, успокаивая ум и тело, и становитесь счастливее. За три круга я рассмотрела убранство двора. Он сплошь увешан разноцветными флажками «хий морин». Это «кони ветра». На них пишутся мантры. По преданию, когда флажки раскачивает ветер, молитвы возносятся ввысь. Главные ворота монастыря охраняют два льва — мальчик и девочка. Различают их по тому, что находится под лапой. У мальчика — мячик, у девочки — львёнок.

Все материалы Культпросвета