Показать меню
Художества
Дюжина известных крокодилов

Дюжина известных крокодилов

О древнейших и новейших изображениях панцирных ящеров, рождённых удивлять

2 апреля 2014 Людмила Бредихина

Крокодилам с внешностью, конечно, не повезло. Это не котики, и никого они не в силах умилить. За долгую жизнь мне встретился только один человек, восхищённый красотой крокодила. Он сказал буквально следующее: «Когда я впервые увидел крокодила, я поверил, что Бог есть!». Но это был Александр Бренер, тот самый, что нарисовал знак доллара на картине Малевича и чьи эстетические взгляды не слишком популярны. Однако все согласятся, что с отрицательным обаянием и бесконечностью доступных смыслов в культуре крокодилам как раз удивительно повезло. Этот зверь с лёгкостью символизирует жизнь и смерть; тьму и свет, ночь и луну; хаос; силу и потаённость; все силы зла, ад и персонально дьявола; лицемерие и притворство; безжалостность, бесчувственность, злобу, приветливость и прожорливость; плодовитость; мрачность и немоту; экзотику; ум и даже почему-то выздоровление… Как земноводное крокодил ― повелитель воды и земли. Впрочем, это ещё не всё. В Китае его считали изобретателем барабана и создателем пения, а в Европе Карл Юнг был уверен, что крокодил — архетип апатичного брюзги.

 

Изображение крокодила из ранних кунсткамер. Коллекция Джорджа Пибоди. Университет Джонса Хопкинса, Балтимор

Этот крокодил, приятный во всех отношениях, выбран символом выставки, которая стартовала в прошлом году в клубе библиофилов на Манхэттене (Grolier Club) и путешествует сейчас по университетским библиотекам Америки. Называется выставка «Пространства чудес: Из кунсткамеры в музей, 1599–1899» и представляет любознательным посетителям всякие древности и чудеса в виде редких манускриптов, книг и графики. Крокодилов там немало. Есть и знаменитый мобиль, зарисованный Мауро Сольдо в 1766 году.

История кунсткамер началась в Европе в XVI веке, когда аптекари, учёные, короли и чудаки-аристократы начали коллекционировать всякие ужасные вещи и их изображения... Понятно, что сушёные крокодилы были у них в особой чести. Сегодня, как утверждает обозреватель «Нью-Йорк Таймс» Роберта Смит, характерная для ранних кунсткамер смесь искусства и науки, древностей и новых изобретений опять в моде. Я Роберте Смит верю ― она вдумчивая, приятная в общении и, видимо, любит экзотических животных. В 1996 году в Нью-Йорке она сразу поверила, что Кулик ― собака, и первая сообщила об этом своим читателям.   

Но вернемся к нашим крокодилам... Пусть этот первый крокодил моей коллекции, то ли восхищённый, то ли фраппированный мелким дальним сородичем, послужит эпиграфом к теме бесконечного разнообразия и сложных крокодильих смыслов.

 

Франсиско де Гойя. Крокодил в Бордо. 1824–1828. Русский музей

Последние пять лет жизни Гойя, как известно, провёл в Бордо, но рисовал там вовсе не виноградную лозу, а то мужчину с удавом, то женщину с крокодилом. Его крокодильчик совсем не ужасный, ручной, почти котик. Откуда он у пожилой и, кажется, не совсем трезвой француженки ― непонятно. И что это за предмет у неё в руках? Похоже на зубную щётку. Неужели мадам из Бордо чистит зубы крокодилу?

 

Крокодил и Гиппопотам из «Истории животных» Геснера. 1551–1558. Академия

естественных наук, Филадельфия  

Конрад фон Геснер (1516–1565) ― знаменитый швейцарский учёный, натуралист, график, врач, физик, лингвист, литературовед, библиограф, поэт и переводчик. Его называли «чудом учёности, прилежания и мудрости». Он оставил четыре тома «Истории животных» (Historiae Animalium, 1551–1558), выдающийся труд эпохи Возрождения, который заложил одновременно основы современной зоологии и фантастического бестиария Борхеса. Судя по этой картинке, миф о том, как сильно крокодилы страдают от бегемотов, не обошёлся без участия Конрада фон Геснера.

 

Питер Пауль Рубенс. Охота на гиппопотама и крокодила. 1615. Старая пинакотека, Мюнхен

На знаменитой картине Рубенса, одной из четырёх, заказанных художнику герцогом Максимилианом Баварским, изображена невероятно энергичная схватка. Маленький, но удивительно злобный гиппопотам, видимо, планировал по обыкновению разобраться с флегматичным крокодилом, когда налетели и смешались в кучу кони, люди, псы, и началось что-то невообразимое и весьма барочное... Композиция лихо развёрнута вокруг фигуры разъярённого гиппопотама, а крокодил (плюс неестественно перекрученный мужчина богатырского сложения) выглядит здесь жертвой обстоятельств.

 

Ящер-коркодел в Пермском зверином стиле. VIII–IX вв.

Может быть, Россия не является родиной слонов, но насчёт крокодилов есть серьёзные сомнения. Существует большое количество гипотез, касающихся двух архаических культов, один из которых связан с почитанием недружелюбного «змея-ящера-коркодела», а другой ― с традицией героического змееборчества. По мнению советского академика Б. Рыбакова, раздел этих культов прошёл по 980 году. Диапазон представлений о таинственном славянском крокодиле-змие ― велик. Академик Д. Анучкин описывал мифического русского ящера как существо, похожее на «гада с удлинённой головой, вооружённой рогом и напоминающей отчасти крокодилью или носорожью». Но что там рогатая голова, когда даже количество ног у гада и его изображений непостоянно (то две, то четыре, а то и вовсе ни одной).

Многих учёных людей интриговали российские «лютыи звери каркаделы». Кое-кто у нас порой считал топонимы рек и сёл типа Ящера (или Ящино) доказательством реального существования речных ящеров навроде небольшого крокодила. Все тот же академик Рыбаков настаивал, что факт существования древнерусского крокодила не должен вызывать сомнений. А где-то под Клином до сих пор есть село Спас-Крокодилино и одноименный монастырь (что хочешь, то и думай!)…  

Из новгородских летописей широко известен факт превращения в крокодила «бесоугодного чародея» по кличке Волхов, старшего сына легендарного князя Словена. Академик Михайло Ломоносов как человек материалистического склада ума интерпретировал это превращение исключительно метафорически: «Сие разуметь должно, что помянутый князь по Ладожскому озеру и по Волхову, или Мутной реке тогда называемой, разбойничал и по свирепству своему от подобия прозван плотоядным оным зверем». Но кто ж знает, как оно было на самом деле… Кровожадность ― первое, что приписывалась крокодилу во времена Ломоносова. В словаре-азбуковнике XVII века про небезызвестные крокодиловы слёзы можно прочесть текст, не уступающий «Фаусту» Гёте: «Коркодил зверь водный. Егда имать человека ясти, тогда плачет и рыдает, а ясти не перестаёт. А главу от тела оторвав, зря на неё, плачет». Зря на неё… Страшная картина, если вдуматься и включить воображение.

Кстати сказать, норманны размещали свой ад как раз под Ладожским озером, которое называлось тогда «море Нево», это, по сути, под Питером, так что наши крокодилы, если не населяли его, то тусовались где-то совсем рядом.

 

Икона Чудо о змие Феодора Тирона. Первая половина XVII в. Русский музей 

Икону «Чудо Феодора Тирона о змие» написал Никифор Савин, один из лучших мастеров строгановской школы (XVI – начало XVII века). Борьба святых воинов со змиями ― это древний культ змееборчества, история усиления идей государственности и христианства. Георгий Победоносец ― самый знаменитый сюжет. Интересно, как видоизменился при этом образ языческого общеславянского ящера-крокодила-змия. Он стал мощнее и чудовищнее, нарастил крыльев, голов, рогов и копыт.  

Феодор Тирон (что значит новобранец), «первый боярин в собрании и любимый Божий раб», жил в конце IV века, позже, чем Георгий Победоносец и Феодор Стратилат (начало века). Был он воином при дворе царя в городе Аласии у побережья Понта Эвксинского, то есть у самого Чёрного моря. Мать Феодора однажды захотела напоить его коня и была похищена огромным змием, жившим в колодце. «Аспидами»-крокодилятами или головами змия так и кишит тёмный зев колодца, дважды изображённый на иконе. Слева вверху государь с приближёнными наблюдают, как Феодор уничтожает поголовье змия. Счастливая лошадь спокойно утоляет жажду, а Феодор выводит спасённую мать из тьмы подземного мира. Слева внизу слетевший с небес ангел венчает его короной. На фоне этой прекрасной симфонии времени и пространства центральное воплощение змия напоминает полубыка, полукрокодила и немножко Грегора Замзу в облике огромного мерзкого насекомого. Впрочем, золото, яркие краски и общее бравурное настроение иконы быстро заставляют забыть о Кафке.

 

Баба-яга едет с крокодилом драться. Лубок начала XVII века

Свинья, на которой хорошо экипированная Баба-яга мчится в бой, больше напоминает крокодила, чем сам крокодил. А крокодил больше напоминает Бабу-ягу, чем сама Баба-яга. Правда, у него почему-то собачий хвост. Сплошные перверсии. Можно предположить, что перед нами один из первых образов радикального феминизма. Но… не зная, что символизирует в данном контексте длинноволосый крокодил, предполагать ничего не станем. Хорошо бы прочесть книжку Анны Наталии (sic!) Малаховской «Наследие Бабы-яги. Религиозные представления, отражённые в волшебной сказке, и их следы в русской литературе XIX–XX вв.». Там много сказано о гендерном содержании русских волшебных сказок, и данный лубок не случайно вынесен на обложку. Правда, издательство «Алетейя» издало этот бестселлер в 2007 году и, насколько мне известно, не переиздавало.

 

Владимир Сутеев. Иллюстрация к сказке «Крокодил» Корнея Чуковского

Одновременно герой и антигерой, экстремал и консерватор, добродушный и кровожадный герой Корнея Чуковского ― отличный пример крокодильей культурной неоднозначности. В рисунках Сутеева непривычность всего описанного легко обживается милой и легко узнаваемой школой советской детской иллюстрации. Неудивительно, что именно «Крокодил», а не тексты о Некрасове и Уитмене, прославили Чуковского. А сколько сарказма звучит в ритме лермонтовского «Мцыри», когда он (ритм) Крокодилу:

Вы помните, меж нами жил

Один весёлый крокодил.

Он мой племянник. Я его

Любил, как сына своего.

Он был проказник, и плясун,

И озорник, и хохотун,

А ныне там передо мной,

Измученный, полуживой,

В лохани грязной он лежал… и т.д.

Детские уроки быстро забываются. Иначе мы бы и сегодня помнили, что герои, даже самые симпатичные, типа Вани Васильчикова, гуляющего по улице с деревянной сабелькой и без няни, обязаны быть кровожадными: «Хоть и жаль мне твоих крокодильчиков, Но тебя, кровожадную гадину, Я сейчас изрублю, как говядину…». Иначе какие ж они герои?

Кстати сказать, в «Крокодиле» есть отражение общеевропейского исторического противостояния крокодилов и гиппопотамов. В мягком для Геснера, не говоря уж о Рубенсе (см. выше), коллаборационистском варианте: «И Крокодил на пороге Целует у гостя ноги». Гость ― как раз царственный Гиппопотам (не путайте с аптекарем Бегемотом).

 

Персонаж анимационного фильма Кодзи Ямамуры «Старый крокодил». 2005

Японский Норштейн (шесть лет снимал десятиминутный фильм «Голова-гора», номинированный на «Оскара») и фанат Кафки снял недетскую сказку-притчу малоизвестного французского писателя Леопольда Шово. В фильме речь идёт о взаимоотношениях престарелого больного крокодила с осьминожкой, которая ухаживает за аллигатором, приносит ему рыбу и строит глазки. Крокодилу этой рыбы мало, и он начинает откусывать ножки у своей подружки. В одном из интервью Ямамура сказал, что старый крокодил похож на Америку времён её войны с Ираком: «Они считают себя царями мира. И не понимают, как абсурдно это выглядит. Например, мой крокодил не может понять, почему его родственникам не нравится, когда он поедает других крокодилов». А действительно, почему? У него ревматизм и власть. Почему не использовать последнюю?

 

Хедвиг Киирл Тома. Открытка из серии «Зоопарк в Базеле». 1922

Хочется как-то смягчить ситуацию. Базельская пасторалька абсолютно соответствует описанию из «Жизни животных» Брема ― крокодилы, действительно, могут подолгу спать на суше в окружении мелких животных типа хомячков или гвинейских свинок. Непонятно другое ― зачем этот экстремальный отдых хомячкам и свинкам. Адреналин?

 

Хельмут Ньютон. Крокодил, пожирающий балерину. По мотивам балета Пины Бауш «Легенда о девственности». 1983

Король и «наёмный пистолет» гламура Хельмут Ньютон создал узнаваемый, очень яркий и, я бы сказала, наглый стиль. Любить или ненавидеть его бессмысленно. Как таблицу Менделеева. Его фотографии интересно рассматривать, многие врезаются в память навсегда. О многих рассказывают не совсем приличные истории. Крокодил с прекрасной половиной женщины в чреве как раз из таких. Ньютон написал Лео Лерману, редактору Vanity Fair, что уговорил Пину Бауш снять эту сцену по мотивам её балета. Балерина согласилась сняться в нижнем белье, но, пишет Хельмут, когда они познакомились поближе, он убедил девушку снять всё, ведь в крокодиле её всё равно никто не узнает. Лео задаётся двусмысленным вопросом, что значит, «познакомиться поближе» по Ньютону. Понятия не имею, как это сделано практически. Крокодил так похож на живого. Но это - прекрасное чучело и прекрасное живое тело женщины в нём. Работает всё ― воображение, разные фактуры, ужас, восхищение, культурный багаж... работает спокойно, в размеренном режиме, без перебоев. Думаю, это и есть - познакомиться поближе с Хельмутом Ньютоном.

 

Фрагмент статуи Себека из заупокойного храма Аменемхета III в Хаваре. Известняк. XIX в. до н.э. Оксфорд, Эшмолеанский музей. Фото Джон Бодсворт

А это мой любимчик Себек, сынок древнейшей египетской богини Нейт, прародительницы и «медсестры» всех змей и крокодилов, а также, по некоторым сведениям, матери бога Ра. Несмотря на столь знатное родство, Себек ― настоящий миляга, не от мира сего, скромный и доброжелательный. Просто князь Мышкин. Он идеален в роли оберега. Очень рекомендую.

См. также
Все материалы Культпросвета