Показать меню
Пять причин перенести столицу

Пять причин перенести столицу

Выдержки из книги «В поисках Четвертого Рима: российские дебаты о переносе столицы»

20 сентября 2014

Миграции и демографические процессы в Москве

В постсоветские годы на фоне неблагоприятных общенациональных демографических тенденций шел экспоненциальный рост российской столицы — массовая миграция в Москву как из российских областей, так и из дальних республик и бывших государств, входивших в состав СССР, особенно республик Кавказа и Средней Азии. Если исторически Москва занималась «собиранием русских земель», то теперь она становится по преимуществу собирателем людей со всей территории бывшего Советского Союза. К 2010 году население города, который первоначально рассчитывался Генпланом на 5–7 миллионов человек, достигло почти 12 миллионов, цифра, которая по мнению большинства наблюдателей драматически занижена. По некоторым оценкам, только количество нелегальных мигрантов в Москве составляет 5 миллионов человек. МВД России оценивает ежедневное дневное население Москвы в 20 миллионов человек, включая маятниковую миграцию. Согласно оценкам депутата Мосгордумы Антона Палеева, основанным на косвенных подсчетах объемов потребления продовольствия в городе в 2011 году, население Москвы составляет не менее 18 миллионов человек.

Однако даже в свете одних только официальных цифр Москва является самой большой столицей мира, если иметь в виду сравнение собственно демографических размеров городов, без столичных агломераций. По населению Москву превосходят Мумбай, Шанхай, Карачи и Стамбул. Ни один из этих городов не является столицей соответствующих стран. Кроме того, в первой десятке городов всего три столицы, Москва, Пекин и Дели. При этом столицей Индии считается только город Нью-Дели, часть агломерации Дели.

Демографический рост Москвы, усугубленный коррупцией и бюрократизацией, привели к значительному увеличению нагрузки на московскую инфраструктуру и транспортные сети, а также к астрономическому увеличению цен на жилье, с которыми не справлялись даже растущие доходы москвичей, вызванные подъемом мировых цен на энергоресурсы.

 

Морфологические проблемы

Средневековая радиально-кольцевая структура Москвы, закрепленная в советский период, усугубила проблемы транспорта. Обьединение исторического, делового и административного центра города, сосредоточенность двух третей рабочих мест в центре Москвы, а также постоянно растущий парк автомобилей (по некоторым оценкам, составивший к 2012 году 3 миллиона транспортных единиц) стали создавать серьезные проблемы с передвижением в городе. Они усугублялись инфраструктурными проблемами — катастрофическим недостатком парковок, чрезвычайно низкой пропорцией площади города, отведенной на дорожную сеть и автомагистрали, отсутствием доходных домов или сколько-нибудь развитых рынков арендного жилья, которые обычно приближают работников к месту службы и тем самым способствуют разгрузке транспортных магистралей и общественного транспорта. Эти морфологические проблемы, усугубленные взрывной автомобилизацией, достигшей пороговых величин, не просто создают проблемы с пробками, но угрожают в самое ближайшее время, при сохранении существующих тенденций, полностью парализовать движение в Москве. По оценкам экспертов, при увеличении существующего соотношения автомобилистов (400–450 автомобилей на 1000 человек) всего на 50–100 транспортных единиц, движение в городе остановится..

В то время как большинство крупных мегаполисов давно отказались от типичной для средневековья радиально-кольцевой планировки города, — ее возникновение когда-то было вызвано фортификационными преимуществами, — она была зафиксирована сталинским Генпланом Москвы и окончательно закреплена постсоветскими градостроительными проектами, связанными с возведением все новых транспортных колец вокруг города. Некоторые остроумные комментаторы не преминули сравнить девять транспортных колец вокруг Москвы с девятью кругами дантовского ада. Москва пропустила уже несколько поколений урбанистических морфологических структур, сменившихся со времен модели концентрических кругов, популярной в старых градостроительных планах, в том числе в известной концепции чикагского социолога Эрнста Берджесса. Во многом эта структурная форма отражает или является проекцией властецентрической социальной системы России.

Другой уникальной особенностью морфологии Москвы является отсутствие полноценной агломерации и элементов субурбанизации. Так, в противоположность практически всем европейским и азиатским столицам, плотность населения Москвы увеличивается по мере удаления от центра [The Economist, 2012].

Рост бюрократического класса

Колоссальный рост бюрократии и силовых структур, ведомств и организаций в постсоветский период вносил свою лепту в проблему гиперконцентрации. По данным Росстата, только в период до 2005 года, армия российских чиновников ежегодно увеличивалась на 50–100 тысяч, а их общая численность почти сравнялась с численностью госслужащих в СССР в период правления Леонида Брежнева — 1,5 против 1,7 миллиона человек. Большая часть этого управленческого класса сосредотачивалась в Москве («В СССР политический класс составлял 0,1% от численности населения, — пишет социолог Ольга Крыштановская, —К 2009 году численность политического класса перевалила за 3 миллиона, что составляет 2% населения страны»).

Именно в Москве оказались объединенными городские, областные и федеральные органы власти, охваченные процессами бюрократизации. Бюрократическая централизация, коррупция и мелочное регулирование бизнеса среди прочих факторов стимулировали размещение головных офисов российских корпораций в столице. В результате Москва стала привлекать к себе множество ходоков, лоббистов, ходатаев и просителей из далеких провинций и губерний для принятия решений, которые в менее централизованных государственных системах принимаются на местах. Одним из результатов такой бюрократизации как раз и стало драматическое увеличение дневного населения Москвы; только этот ежедневный поток, включающий просителей и посетителей, приближается, по некоторым оценкам, к 2 миллионам человек.

Рост бюрократии в России, начиная с эпохи Ельцина, имеет заметные параллели даже в некоторых деталях с ростом испанского барочного двора в Мадриде в эпоху Габсбургов, который мы описали в первой части книги. В основе этого сходства лежат близкие экономические процессы, связанные с ресурсной экономикой и распределением дармовых ресурсов — в первом случае, и с поступлением и распределением серебра из американских колоний, во втором.

Социальные проблемы

Все эти новые явления и тенденции стали порождать или усугублять обычные для крупных городов комплексы проблем: поляризацию доходов, высокий уровень преступности, исход среднего класса из города, главным образом за рубеж, а также понижение уровня общероссийской социальной мобильности.

В 2005 году децильный коэффициент - мера общественного неравенства - в Москве составлял 42 единицы и к 2011 году опустился до 33 единиц. В постсоветские годы также чрезвычайно вырос уровень городского коэффициента Джини - другой индикатор общественного неравенства, который приблизился к параметру 0,6 единицы, далеко превосходящему все европейские страны и приближающемуся к известным своими социальными контрастами латиноамериканским городам

Несоответствия между стоимостью и качеством жизни

В течение ряда лет Москва лидирует в списках наиболее дорогих городов мира. Так, в 2011 году по этому показателю Москва заняла четвертое место в мире [Mercer, 2011].

Тем не менее по большинству показателей качества жизни, отраженным во множестве международных рейтингов, Москва занимает весьма незавидные позиции. Хотя с течением времени некоторые из этих параметров несколько улучшились, они по-прежнему указывают на серьезные несоответствия стоимости и качества жизни и на роль внеэкономических факторов в этом несоответствии.

По результатам ежегодного опроса компании Мерсер, Москва заняла 166-е место по качеству жизни среди других городов мира. Российская столица также называлась в числе наиболее опасных и смертоносных мировых метрополисов с точки зрения своих экологических стандартов. В одном из рейтингов Москва заняла 14-е место в списке самых грязных городов мира [Бондарь, 2011]. По уровню привлекательности среди иностранцев город занял 48-е место из 60 [Global Market Insight, 2011]. Москва также называлась в первой тройке наиболее недружелюбных городов Европы, что, возможно, связано со стрессами и эмоциональными перегрузками мегаполиса, а не с психологическими особенностями ее жителей.

В 2010 году российская столица заняла четвертое место как один из наиболее проблематичных городов мира с точки зрения автомобильных пробок, по данным IBM Commuter Pain Survey. В других рейтингах указывались высокие риски города, связанные с уровнем безопасности  - 78-е место из 90 мировых городов в рейтинге AON. Объектом критики также стали система здравоохранения, количество рекреационных и зеленых зон и многие компоненты городской инфраструктуры.

Согласно опросам ВЦИОМ, Москва также является городом наименее благоприятным для мелкого и среднего бизнеса из-за высокого уровня бюрократии, коррупции, высоких цен на съем коммерческих помещений, а также неблагоприятной конкуренции с ресурсными сферами бизнеса, построенными на сверхприбылях [ВЦИОМ, 2006]. Наличие в России более благоприятных городов для деловой активности указывает на чрезвычайно высокую роль внеэкономических факторов в выборе Москвы в качестве места для ведения бизнеса.

Вадим Россман. В поисках Четвертого Рима: Российские дебаты о переносе столицы.
М.: Издательство ВШЭ, 2014
См. также
Был такой город

Был такой город

Воспоминания Людмилы Дьяконовой, Виталия Пашица, Заура Хашаева, Сиражудина Патахова, Юрия Августовича о старой Махачкале

Три Рима-3

Три Рима-3

Вечный город глазами Николая Гоголя, Павла Муратова и Виктора Сонькина. Сегодня Сонькин

Три Рима-2

Три Рима-2

Вечный город глазами Николая Гоголя, Павла Муратова и Виктора Сонькина. Сегодня Муратов

Три Рима-1

Три Рима-1

Вечный город глазами Николая Гоголя, Павла Муратова и Виктора Сонькина. Сегодня Гоголь

Все материалы Культпросвета