Показать меню
Театр
Новый европейский театр в ноябре
Последняя лента Крэппа. Фото D.Matvejevas

Новый европейский театр в ноябре

О гастрольной программе важнейшего театрального фестиваля Москвы

12 ноября 2014 Вероника Хлебникова

В шестнадцатый раз в Москве происходит фестиваль NET. Нигилистическая на слух, эта аббревиатура расшифровывается как Новый европейский театр. За все эти годы в спектаклях, привозимых фестивалем, могло не оказаться актеров, как у Штефана Кэги, или сцены, как у Кристиана Смедса. Конечно, не ради того, чтобы подрывать устои театра, каким его знает обыватель партера, но для того, чтобы не ограничивать восприятие театра только из кресла и только с подмостков, чтобы уметь распознавать драматическое искусство не в чужих пьесах, а в собственном опыте. Теперь, когда и в России появились спектакли-прогулки, променадный театр, свобода от привычных театральных элементов воспринимается не так настороженно. Зато, по-прежнему, много удивления и даже агрессии связано с интерпретационным театром – это когда режиссер берет хрестоматийную пьесу или роман и прочитывает их на свой лад, вкус и слух, пропускает в знакомом тексте целые страницы, избавляется от некоторых персонажей, иногда главных, переставляет смысловые акценты произведения-источника, использует его как повод высказаться о чем-то насущном. В этом году на фестивале NET таких спектаклей в чистом виде будет два, и, что самое замечательное, - один из них российский. Баланс сил, год от года устанавливающийся между гастрольной и отечественной программой, пожалуй, главное достижение фестиваля и тот важнейший смысл, который изначально закладывали его основатели Марина Давыдова и Роман Должанский.

Ближайший отечественный пример рисковой интерпретации - это «Братья Карамазовы» Константина Богомолова, а в нынешнюю программу NET вошел его «Борис Годунов», поставленный в «Ленкоме». В пару к нему - громкое событие минувшего немецкого сезона, «Тартюф» Михаэля Тальхаймера в берлинском «Шаубюне». Лет десять назад как раз NET показывал спектакль Тальхаймера «Эмилия Галотти» по трагедии одного из китов немецкого просвещения Лессинга. И вот Тальхаймер дает Мольера, предтечу французских просветителей, и это большой подвох немецкого режиссера, зомби-триллер в декорации, которая проворачивается, будто на вертеле. В роли шельмы и гуру, едва ли не мессии, Тартюфа неистовый Ларс Айдингер, эксцентрик, буффон и физкультурник, сыгравший принца Гамлета у Томаса Остермайера и императора Николая II в "Матильде" Алексея Учителя, чей съемочный период еще продолжается.

Тартюф. Фото Katrin Ribbe

Другой спектакль из новинок «Шаубюне» - «Дыхание» Кэти Митчелл. Два года назад ее «Кристина» получила премию «Золотая Маска» в номинации «иностранный спектакль». Митчелл - ключевая фигура европейского театра, ее новая работа с пьесой современного драматурга Дункана Макмиллана - это и тест на выживание, и физиологический очерк, и самая неподдельная лирика, и осаживающая ее ирония. Двое актеров в ходе спектакля вращают педали велотренажеров, вырабатывая энергию для освещения сцены, и проживают целую жизнь, не сдвинувшись на миллиметр. Из экономики их тел складывается световая драматургия.

Дыхание. Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Велосипедным спортом увлекался Альфред Жарри, чей сюжет ставит Деклан Доннеллан. Британец Доннеллан – частый гость в Москве и Петербурге, его специфика - Шекспир, которого он готов репетировать с русскими артистами. Доннеллан ставил в России и «Бориса Годунова», и «Трех сестер». Теперь он поставил во Франции действо о монстре, папаше Убю - персонаже фарса Альфреда Жарри, вошедшем в национальную театральную легенду. И, к восторгу французской критики, превратил папашу - в сынка, мальчика-чудовище, что справедливо, если вспомнить, что Убю придуман и написан  подростком 14 лет. Впервые «Убю короля» с неизбежным скандалом представляли в 1896 году. Папаша Убю вдохновил Антонена Арто, создавшего в 20-е годы свой «Театр Альфреда Жарри», и Раймона Кено, объединившего его именем в 60-е годы поэтов-авангардистов в цех УЛИПО. Убю, средоточие тупости, безобразия и всех пороков, объединяет карикатурный цикл: «Убю рогоносец», «Убю прикованный», «Убю на холме». Знаменитый издатель Воллар заказывал иллюстрации к «Альманаху папаши Убю» Жоржу Руо. Его иллюстрировали Пикассо, Макс Эрнст и Жоан Миро. К нему обращался Питер Брук. Тем любопытнее, во что превратит такой элегантный постановщик как Доннеллан этот абсурдистский театр жестокости и воплощение хама. Самым близким к Убю персонажем до сих пор оставался господин Дерьмо из короткометражки Лео Каракса в альманахе «Токио», сыгранный Дени Лаваном со свирепой невинностью. На отечественной сцене Убю играл Александр Калягин.

Король Убю. Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Легкий немецкий крен, и притом в меланхолию, вслед хедлайнерам «Шаубюне», продолжит Уильям Кентридж. Этим летом именитый южноафриканский видеохудожник поставил для оперного фестиваля в Экс-Ан-Провансе «Зимний путь» - вокальный цикл Шуберта 1827 года, написанный, как и «Прекрасная мельничиха», на стихи немецкого романтика Вильгельма Мюллера. Баритон Матиас Гёрне исполняет песни Шуберта один на один с хитроумным видеорядом, сочиненным Кентриджем как видимая поэзия, коллажи из теней и рисунков, сна и яви. Кентридж, поклонник Гоголя и русского авангарда, уже ставил оперу в 2010 году  - «Нос» Шостаковича в нью-йоркской «Метрополитен-опера». Ее и сейчас можно увидеть в одной из трансляций «Мет». 24 песни цикла Шуберт закончил в последние дни жизни, и вторая часть «Зимнего пути» была обнародована посмертно. Самые жизнерадостные его песни «Почта», «Липа» и «Весенний сон»  не уравновешивают скорбного, скитальческого минора «Ворона» и финального «Шарманщика».

Зимний Путь. Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Француза Жоэля  Помра в России знают, пожалуй, лучше других звезд NETа. В театре «Практика» он ставил спектакли «Этот ребенок» для взрослых и «Пиноккио» для взрослых и детей, а фестиваль знакомил с его легендарными «Торговцами». Новая пьеса Помра «Великая и невероятная история коммерции» рассказана пятью коммивояжерами в двух поколениях. Мужчины в строгих костюмах встречаются и обсуждают рынок и сделки, как они велись в 60-е, и к чему это привело в нулевые. Пьеса, как и другие тексты Помра, основана на реальных беседах - режиссер многие годы записывает чужие рассказы. Так давно этим занимается, что ему не составит труда набросать свои, неотличимые от настоящих, и все таки он со всей дисциплиной опирается на фрагменты интервью, вошедшие в диссертацию Мари-Сесиль Лоранзо-Бассон «Продажа на дому: дискурсивные стратегии во взаимодействии».

Великая и невероятная история коммерции. Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Душевнобольные персонажи из закрывшейся лечебницы в спектакле венгерского театрального и кинорежиссера Корнеля Мундруцу слегка напоминают компанию Фирсов, забытых в элегическом саду. Мундруцу между тем предлагает не вздохи, но жесткий социальный театр, который ставит неудобные вопросы – кто заслуживает помощи, должно ли общество выбирать между теми, кому можно помочь, и теми, кто уже не так в этом внимании нуждается, и как их различить. И в этом театре положено смеяться. И плакать тоже, и не только от смеха. Мундруцу не заставляет выбирать между эмоциями, что в немалой степени повлияло на выбор жюри нынешней каннской программы «Особый взгляд», присудившего фильму Мундруцу «Белый бог» главный приз, российская премьера фильма состоится в феврале будущего года.

Демнция. Фото Marcell RÉV

Восточная Европа также представлена спектаклем «Последняя лента Крэппа» литовского театра ОКТ и Городского театра Вильнюса по монопьесе Сэмюэля Беккета. Режиссер Оскарас Коршуновас и Юозас Будрайтис вникают в занятия ветхого старика Крэппа, в дневник его жизни, в записи его голоса, сделанные на протяжении долгих лет. Рассказывают, что они разрабатывали детали погружения гораздо дольше десяти лет, и такой подход несомненно скажется как на самом ощущении толщи времени на сцене, так и на восприятии дневниковых записей, вроде машины времени позволяющих стареть и молодеть на глазах зрителей. Вот что сам Коршуновас говорит о спектакле: я бы никогда не взялся за эту пьесу, если бы не Будрайтис, который способен стать символом в беккетовском понимании в силу его возраста, опыта и интеллекта.

Последняя лента Крэппа. Фото D.Matvejevas

В целом в программу фестиваля Нового европейского театра вошли 15 спектаклей. И, если в его международной программе собраны сплошь знаменитости – «ни одной темной лошадки», по выражению Марины Давыдовой, то особенно приятно отметить, что и российская программа более чем представительна: "(М) ученик" Кирилла Серебренникова, "Борис Годунов" Константина Богомолова, "Норманск" Юрия Квятковского, "Русские романсы" Дмитрия Волкострелова. "Конармия" Максима Диденко.

«Деменция». Центр им. Мейерхольда, 15 и 16 ноября

«Великая и невероятная история коммерции». Центр им. Мейерхольда, 19 и 20 ноября

«Король Убю». Театр наций, 21 и 22 ноября

«Зимний путь». Дом музыки, 26 ноября

«Последняя лента Крэппа». Студия театрального искусства, 26 и 27 ноября

 «Тартюф». Театр наций, 29 и 30 ноября

«Дыхание». Электротеатр Станиславский, 29 и 30 ноября

Полное расписание на сайте фестиваля

См. также
Все материалы Культпросвета