Показать меню
Дом Пашкова
Безумное чаепитие

Безумное чаепитие

О премии «Нос» и о том, что такое диктатура

1 февраля 2015 Игорь Зотов

В «Карте родины» Петра Вайля есть замечательная глава под названием «Батумский чай». В ней описана поездка автора в Аджарию и обед в резиденции тогдашнего президента этой республики Аслана Абашидзе. Вот чем он закончился:

Завершим обед батумским чаем, — приветливо предложил президент. — Такого вы еще не пили. Следующие четверть часа прошли в рассказах о том, что такое батумский чай. Кажется, хотя об этом не было сказано впрямую, его сочинил тоже президент — как детскую оперу, катера, спагетти, государственный флаг, герб, музыку, отчасти текст гимна и еще многое другое, если не все в Аджарии. Мы узнали, какие именно травы и соцветия входят в состав батумского чая, — всего не упомнить, и от чего он помогает: тут просто — от всего.
Закончилась чайная матчасть, началось долгое ожидание, еще минут пятнадцать прошли в полной тишине, и на подносе внесли восемь чашечек кофе. Мы молча выпили кофе, поблагодарили, пожали хозяину руку и через несколько минут уже грузились в микроавтобус вместе с пятью двадцатикилограммовыми ящиками мандаринов. «Каждому по ящику в подарок от президента, — торжественно произнес пресс-секретарь, — Лично».
Впереди были семь часов ночной езды через всю Грузию до тбилисского аэропорта, полно времени подумать о том, что диктатура — не обязательно посадки и расстрелы. Диктатура — это когда долго слушаешь о чае, долго ждешь его, потом приносят кофе, и никто ни о чем не спрашивает, и никто ничего не объясняет.
Хлестал дождь с градом, прекратившийся только у Кутаиси, мы допивали кислое фиолетовое вино, купленное по неразумению три дня назад на рынке в Сурами. Кто-то другой, более ценный и нужный, пьет горячий чудодейственный напиток из трав и соцветий, а ты едешь всю ночь по раздолбанным дорогам, некуда деть ноги от подаренных мандаринов, и никогда ты не узнаешь, что такое батумский чай…

Мне этот эпизод живо вспомнился вечером 30 января, когда после традиционных финальных дебатов было объявлено имя победителя литературной премии «Нос».

Два часа обсуждения достоинств и недостатков произведений финалистов, аргументы членов жюри, контраргументы экспертов, вердикт «старейшин» - членов жюри прошлых лет, голосование зала, - все это, как долгий обед у Абашидзе, позади. Осталось только услышать из уст учредителя премии имя триумфатора.

Невозможно было усомниться в том, что лауреатом станет «Теллурия» Владимира Сорокина. Именно о «Теллурии» и говорили почти все два часа, о «Теллурии» спорили. Прогноз ли она будущего, диагноз ли настоящего, или просто шедевр, не имеющий отношения ни к политике, ни к истории. Все члены жюри сходились в одном: в списке финалистов есть Сорокин и все остальные. Сорокин на голову, две три, десять выше остальных. Да и роман его идеально символизирует кредо премии «Нос» - это и Новая Словесность, и Новая Социальность, и Новое Все. Аплодисменты.

 

В конце дискуссии возле фамилии классика в списке появилось такое количество «палочек» (означающих количество голосов), что я шепнул своему соседу слева: вот теперь можно за Володю и выпить!

Я числю Сорокина – единственным классиком в современной российской словесности. Ответ на вопрос: почему он не получил премию «Большая книга» в конце прошлого года, следует искать в сфере идеологии, а не искусства. «Большая книга» – институция государственная, а потому было бы странно не отметить в ней писателя-государственника, каким и числится Захар Прилепин. Написал огромный злободневный роман «Обитель», оспорил лавры Солженицына и Шаламова. Момент такой.

«Нос» - другое. «Нос» - премия, хоть и частная, но видная, весомая, с большим количеством специалистов, со сложной системой отбора, с дебатами, наконец. Разумеется, никакие дебаты литературных мнений изменить не способны, но лишний раз послушать умных и сведущих людей интересно.

И вот финальное голосование членов жюри. Голосуют: поэт, переводчик, редактор и председатель жюри Дмитрий Кузьмин; театральный режиссер Константин Богомолов; поэт, эссеист, журналист Мария Степанова; литературовед, художественный критик, писатель Ирина Саморукова и драматург, сценарист Елена Гремина

По правилам, члены жюри выбирают теперь уже из двух претендентов, которые набрали наибольшее число голосов в зрительском голосовании. Это Сорокин и Алексей Цветков-мл. с романом «Король утопленников».

Человек ряженый гоголевским Носом собирает записочки в саквояж, раскрывает его, барабанный бой, и звучит имя лауреата: Алексей Цветков-мл…

Тут сам собой и вспомнился «Батумский чай».

Могу только догадываться о причинах вердикта, вынесенного коллективным диктатором. Разумеется, не все члены жюри в самый последний момент вдруг изменили мнение о Сорокине. Некоторые сразу предпочли подающего надежды и действительно талантливого Цветкова. В конце концов, дорогу молодым!

 

Я точно знаю, что Константин Богомолов голосовал за Сорокина и написал об этом в фейсбуке:

вот что еще хочу сказать.
со всем уважением ко всем номинантам. 
но.
роман Сорокина для меня - самое крупное литературное событие последних лет. и дело не в его «пророческости» и подобном. дело в том, что это просто выдающаяся литература. как и сам Сорокин - выдающийся писатель. это может не нравится, это может раздражать, но отказать Сорокину в признании (не только «кухонном» или читательском, но признании профессионального сообщества) - значит плевать против ветра. это не ветер «общественного мнения», это ветер иной. плевать против которого - расписываться в своей недальновидности и суетности. и это нежно сказано. говоря это я хотел бы стереть чужую слюну со своего лица. но это уже невозможно. но извиниться перед Историей я должен. 
и еще.
удивительно, как в нашем отечестве не любят успех. то есть если это успех попсы - бог с ним. но вот соединение таланта и успеха (а если человек еще и сам по себе, и вне групп, и позволяет себе долю «гламурности») - это раздражитель адский. сразу хотят поставить на место. 
ну поставили.
ну круто.
теперь ходим и говорим: мы - честно всё сделали. всё как чувствовали.
в России все честны только в ненависти. вот тут честны все

Богомолов прав, и между строк читается: состав жюри скоро забудут, а неприятный факт останется.

В том числе и тот, что замечательный Алексей Цветков невольно оказался в роли президентского кофе. Лауреатства он, бесспорно, достоин, как и другие участники короткого списка. И не будь в этом списке Сорокина, и тем более этих нескольких часов, посвященных торжеству его «Теллурии», победа книги Цветкова «Король утопленников» не вызвала бы ни тени сомнения, - лучший среди равных. Об этой книге, кстати, по структуре своей напоминающей сорокинскую, я напишу в самом скором времени.

Дело тут, мне кажется, даже не в сиюминутных причинах, но в особенностях коллективного мышления. Из прихоти, цинизма или глупости – неважно, но человек вдруг принимает решение, которое и сам-то в глубине души считает неверным, но при этом знает, что коллектив всё спишет – тебя поправят или поддержат. Ситуация в нашей стране повсеместная.

См. также
Все материалы Культпросвета