Показать меню
Кредо Кирилла Михайлова
О принципе

О принципе "моя хата с краю"

Публикации дьякона Андрея Кураева ставят перед нами еще одну трудную задачу при нерешенных предыдущих

14 января 2014 Кирилл Михайлов

Дьякон Андрей Кураев начал писать в своем живом журнале о распутстве некоторых клириков Русской православной церкви еще до своей громкой отставки с поста профессора Московской духовной академии. Я внимательно читал все свидетельства, как правило, анонимные, которые о. Андрей выкладывал в сеть.

Признаюсь, тяжелое чтение. Я сам в подобные обстоятельства не попадал, но знаю людей, которые пострадали от половых наклонностей иерархов, и вполне допускаю, что многое из опубликованного близко к истине.

Общественная реакция на эти разоблачения покажет очень многое о том, кто мы есть. Покажет, может ли солидарность быть заменена массовостью?

Может ли безопасная и комфортная игра ума подменить желание знать правду и себя с этой правдой соотносить?

Резонанс, вызванный тем, что открыл о. Андрей, еще раз ставит перед всеми вопрос о соотношении правды, личности и власти. Таких вопросов уже много накопилось ― и к нашему советскому прошлому, и к нашей новейшей истории.

Из публикаций в прессе (в основном региональной) и обсуждений в социальных сетях чаще всего можно увидеть, что люди пытаются не столько говорить о проблеме, сколько обойти ее. Неважно, как обойти, сверху ли: да знаю я, чего все это стоит на самом деле… Или же как-нибудь сбоку: а  чего же он раньше-то молчал? Или совсем по гипотенузе: да как он смеет выносить сор из избы!

То, что в частном суждении остается, по словам Солженицына, размашистой и самоуверенной пошлостью, в общественном мнении превращается не просто в способ интерпретации происходящего, но в механизм адаптации к нему. Отыскивается способ как-нибудь так приспособиться, чтобы не испытывать неудобства.

Жителей немецких городов в зоне оккупации союзных войск весной и летом 1945 года принудительно отправляли на эксгумацию расстрелянных евреев. Чтобы, увидев своими глазами, не говорили, мол, все это пропаганда или, в лучшем случае: мы ничего не знали.

Развал СССР не сопровождался внешней оккупацией и десоветизацией, так что четверть века спустя, по словам директора "Левада-Центра" Льва Гудкова, отношение большинства, например, к фигуре Сталина можно назвать шизофреническим: 68% говорят, что Сталин, безусловно, виноват в гибели невинных людей, и в то же время 66% уверены, что без него не удалось бы выиграть войну. Думать о советском прошлом трудно, а вот пользоваться всяческими штампами и стереотипами очень даже можно, не отличая причину от следствия.

Так же и в вопросах веры. Подавляющее большинство сограждан называют себя верующими и православными. Но вот свежая цифра от столичной полиции: в Москве на Рождество в храмы пришли 280 тыс. человек. Это и ночная служба, и все службы 7 января. 280 тыс. человек ― в мегаполисе с населением то ли 12, то ли 15 млн, как считать. То есть, у людей в голове совершенно нормально сочетаются православие и такой образ жизни, при котором не очень хочется быть в церкви на один из главных христианских праздников.

Вот почему я думаю, что общественная реакция на разоблачения о. Андрея Кураева так важна. Если она обнаружится в границах между осуждающим любопытством и равнодушием, то это будет свидетельством нашей продолжающейся деградации (а скорее всего, так и будет). Да и в самой Церкви вряд ли что изменится. Сложившаяся традиция церковного управления, дополненная недавней реформой церковного устава, исключительно инерционна. Без личного отношения, участия людей никакой блогер ничего не изменит.

Вот, к примеру, можно взять и попробовать свежим взглядом прочитать страстные Евангелия: Петр трижды отрекся от Христа, остальные апостолы разбежались. У Креста на Голгофе был только апостол Иоанн. О воскресении Христа первыми узнали жены мироносицы, потому что апостолы спрятались и никуда не выходили страха ради иудейска. Увидев их малодушие, я могу увидеть и мое собственное и хотя бы постараться что-то с ним сделать. И увидеть малодушие других людей как свое собственное.

На иллюстрации: Страшный суд. И небо скрылось, свившись, как свиток. Откровение святого Иоанна Богослова. Кирилловская церковь. Киев. Фреска XII в.

Все материалы Культпросвета