Показать меню
Художества
Зинаида Серебрякова. Мир ее искусства
Зинаида Серебрякова. Девушка на балконе. 1931. Fondation Serebriakoff

Зинаида Серебрякова. Мир ее искусства

Фрагмент книги, вдохновляющий на путешествие по европейским маршрутам художницы

28 апреля 2017

В Третьяковской галерее в эти дни открыта выставка Зинаиды Серебряковой, а в издательстве "Слово/Slovo" вышла монография Павла Павлинова "Зинаида Серебрякова. Мир ее искусства". Автор книги – специалист по наследию художественной династии Бенуа – Лансере – Серебряковых, правнук художника Евгения Лансере, брата Серебряковой. В книгу вошли избранные места из личной переписки художницы, материалы семейных архивов, репродукции работ, в том числе, никогда прежде не публиковавшихся и малодоступных. 

В историю жизни Серебряковой — в юности участницы художественного объединения "Мир искусства", основанного ее дядей Александром Бенуа, — входит история ее большого рода, страшная история страны, разлучившая Серебрякову с матерью и старшими детьми, и счастливая история ее дара, уравновешенного, цельного, гармоничного, не склонившегося перед художественной модой модернистского века. Она и принадлежала веку даже не серебряному, а золотому. Евгений Лансере писал сестре: То, что меня особенно поражает, и чему завидую — это твоя широта понимания формы (и, следовательно, движения) и такое же искреннее и широкое трактование цвета. И трактовка формы, и трактовка цвета у тебя служат для передачи твоего восхищения перед натурой, и поэтому-то это восхищение и заражает. Я именно подчеркиваю, что служат, а не являются самоцелью, так как часто у других, и я считаю, что это отношение к искусству есть именно самое важное, не эстетствующее, а такое же важное, как, например, в беллетристике Толстого или даже Пушкина, когда слово становится не из-за эффекта его звучания, а потому, что оно нужно для передачи мысли.

 

Зинаида Серебрякова. Жатва. Фрагмент. 1915. Одесский художественный музей, Украина

 

В 1924 году после многих лет голодных мытарств Серебрякова уедет из России. Если бы Вы знали, дорогой дядя Шура, как я мечтаю и хочу уехать, чтобы как-нибудь изменить эту жизнь, где каждый день только одна острая забота о еде (всегда недостаточной и плохой) и где мой заработок такой ничтожный, что не хватает на самое необходимое, – сетовала она Александру Бенуа. Повторив маршрут философских пароходов, Серебрякова сойдет на пристань Щецина, а оттуда направится в Париж, где составился круг русских эмигрантов, родственников и добрых знакомых. Возвращение в Россию могло обернуться для нее гибелью, как для многих репресированных в 1937-38 годах. Вернувшегося на родину художника Шухаева в 1937-м сошлют в Магадан. Брата, архитектора Николая Лансере арестуют в 1931-м, он погибнет в заключении. Разлука с матерью окажется вечной, Екатерина Николаевна умрет от истощения в 1933 году в Ленинграде. Старшую дочь Зинаида Серебрякова увидит лишь спустя 36 лет. За эти годы она ни на день не прервет работы, напишет сотни портретов, пейзажей, натюрмортов, побывает в Марокко, изъездит французскую провинцию  Бретань, Овернь, Пиренеи, Лазурный берег, давшие ей новые краски, новый свет и радость рисовать с натуры. Фрагмент главы "Жизнь и творчество в довоенном Париже", посвященный этим утешительным путешествиям, публикуется при любезном содействии издательства "Слово/Slovo".

 

 

 

Павел Павлинов. Зинаида Серебрякова. Мир ее искусства. М., Слово/Slovo. 2017

 

В летние месяцы Серебрякова старалась выезжать из Парижа. Ритм большого города утомлял, работа над портретами была очень напряженной — художнице требовались отдых и новые впечатления. Все больше она стремилась освоить возможности пейзажа, раскрыть особенности этого жанра. Тем более ее последнее большое путешествие до эмиграции состоялось в 1914 году в Италию.

В этот период Серебрякова совершила более 40 творческих поездок по Франции (не считая окрестностей Парижа) и другим западноевропейским странам. Кроме Франции, она побывала в девяти странах, правда в некоторых проездом (Испания и Монако). Во Франции Серебрякова писала пейзажи и портреты в более чем 20 департаментах и почти во всех современных регионах этой страны (кроме Гранд-Эст). Иногда бывало до четырех поездок за год. Оставаясь на одном месте от нескольких дней до нескольких месяцев и нередко возвращаясь туда же, в следующие годы художница создавала целые серии портретов, пейзажей, зарисовок уличных сцен — в итоге получалась цельная картина города, курорта, поселения.

 

Зинаида Серебрякова. Хозяйка бистро. Пон-л’Аббе. 1934. Киевская картинная галерея

 

Условия во время путешествий были скромные: ездили в вагонах второго класса, снимали недорогое жилье, жили у друзей и родственников. Часто не было денег даже на билет. Подготовка к поездкам была трудной: «Приготовляю тоже сама масляные краски — растираю порошки с маковым маслом и кладу их в тюбики. Багажа в дорогу надо взять очень мало, т. к. дорого стоит, а вместе с тем мое “художество” берет столько места и тяжести — мольберт складной, три плияна, папки, подрамники, холсты, краски, пастель, темпера и т. д.!!!»

Большую известность получили две серии работ, написанных во время двух путешествий Серебряковой в Марокко и шести поездок в Бретань.

 

Зинаида Серебрякова.  Лежащая марокканка. Марракеш. 1932. Частное собрание

 

При этом бретонская серия в литературе освещалась меньше, несмотря на то что портреты, пейзажи и бытовые зарисовки, созданные в разных уголках этого французского региона, составили несколько сотен наиболее выразительных и любопытных с этнографической точки зрения произведений художницы. Здесь она виртуозно использует темперу и пастель, передавая красоту местности и особенности характера жителей этого замечательного края.

Бретань интересовала Серебрякову еще с конца 1890-х годов, когда о ней много говорили побывавшие там в 1897 году Александр Бенуа и Евгений Лансере. Наверное поэтому вторым местом после Версаля, куда поехала художница в парижский период, был этот регион. В июле 1925 года она с сыном Александром навестила своего дядю Александра Бенуа в городке Камаре-сюр-Мер, расположенном на вдающемся в океан мысе в департаменте Финистер. Художница создала карандашные зарисовки порта с растушевкой, работы темперой с изображением моря, скал, отличающиеся необыкновенными сочетаниями синих, зеленых и охристых оттенков.

Вторая поездка в Бретань осенью 1926 года была вызвана плохим состоянием здоровья Серебряковой. 17 октября 1926 года Сомов писал сестре: «У Зины распухли гланды и доктор, к которому она обратилась, нашел, что у нее туберкулез и сказал, чтобы она немедленно уехала из Парижа. Она... уехала в Бретань». Врачи рекомендовали морской воздух, и она снова поехала в Камаре, где ее уже больше интересовали дома на окраине городка и причудливые менгиры. По дороге в Бретань Серебрякова посетила небольшой городок Мант-ла-Жоли в 40 км от Парижа и несколько ферм близ него в селах Френель и Гервиль, где писала поля, отдаленно напоминающие нескучненские, и крестьянские дворы. При виде их она, конечно, должна была вспоминать дореволюционное время, свое любимое Нескучное. С 1926 года к картинам темперой добавляются работы, выполненные пастелью, которую художница активно начала использовать еще в начале 1920-х годов в Петрограде.

 

Зинаида Серебрякова. Рынок в Пон-л’Аббе. 1934. Новосибирский ГХМ

 

Летом 1927 года Серебрякова выбрала для отдыха небольшой городок Порнише близ устья Луары, в департаменте Внутренняя Луара (с 1957 г. — Атлантическая Луара). Здесь она создала серию пастелей с изображением отдыхающих на пляже, с ярким солнцем и голубым морем и небом.

Однако из-за климата Серебрякову все же больше привлекал юг Франции, где ее интересовали Лазурный берег, Пиренеи, Савойя, Овернь и остров Корсика. Лазурный берег художница проехала весь — от Марселя до Ментоны. Началось это «изучение» Французской Ривьеры в августе-сентябре 1927 года с Марселя, где тогда жила Софья Даниэль, ее сестра. Серебрякова посетила расположенные вдоль берега города Кассис и Ла-Сьота, пригороды Тулона Санари-сюр-Мер и Оллиуль. 4 сентября, провожая Евгения Лансере в Грузию, они вместе с Александром Бенуа, Шарлем Бирле и Юрием Черкесовым ездили в Ла-Кадьер-д’Азюр в 40 км от Марселя в сторону Тулона, где застали батальон сенегальцев в фесках — известен портрет солдата-сенегальца в этом ярком головном уборе.

Летом 1928 года художница вместе с приехавшей из Ленинграда дочерью Екатериной целенаправленно отправились в Кассис. Была создана большая серия работ пастелью. Насыщенные цвета этих произведений с изображением порта, городских улиц, рыбаков и пляжа, виноградников на фоне залива предвосхищают полноцветность марокканских зарисовок. В 1929 году Серебрякова посетила Ниццу и небольшой город Кастеллан, а летом 1930 года — городки Сен-Рафаэль и Сент- Максим близ Сен-Тропе.

 

Зинаида Серебрякова. Терраса в Коллиуре. 1930. Частное собрание

 

После Лазурного берега в сентябре 1930 года Серебрякова с детьми Екатериной и Александром решили исследовать новый регион — Пиренеи. Они поехали в Кольюр (Коллиур), расположенный в шести километрах от границы с Испанией на берегу Средиземного моря. В этом городе, излюбленном многими французскими художниками, в том числе и фовистами, Серебрякова работала в разных жанрах, вспоминая свои дореволюционные опыты. Она писала насыщенные солнечным светом пейзажи с портом и старинным замком тамплиеров, портреты рыбаков, натюрморты с рыбами и цветами, делала жанровые зарисовки на фоне пейзажа (Катя на террасе), веток плодовых деревьев (Груши на ветках) — как когда-то в Нескучном (Яблоки на ветках, 1910-е).

 

Зинаида Серебрякова. Порт в Коллиуре. 1930. Частное собрание

 

Забирались Серебряковы и в более отдаленные уголки Пиренеев — в Монрежё в 50 километрах от паломнического города Лурда и в старое горное селение Беду с церковью Архангела Михаила XIV века.

В июле 1931 года художница вернулась на Лазурный берег, где жила у родственников в Ницце (на вилле Лансере), а затем в Ментоне, во дворце Осония в начале центральной авеню Бойер. Напротив этого здания до сих пор стоят две скульптуры работы ее отца — Киргиз с беркутом и Сокольничий Ивана Грозного. Этот год интересен тем, что Серебрякова соединяла в своих картинах пейзаж и натюрморт (Ментон. Корзина с виноградом на окне), портрет и натюрморт (Торговка овощами в Ницце, 1931), портрет и пейзаж (Девушка у окна). […]

 

Ментон. Корзина с виноградом на окне. 1931. Частное собрание

 

Чаще всего в 1930-е годы она посещала Бретань. В июле-августе 1934 года Зинаида Евгеньевна с Екатериной жили в небольшом городке Пон-л’Аббе на юго-западе Бретани близ Кимпера, с живописным замком, церковью Нотр-Дам-де-Карм, рынком и средневековыми постройками. Именно здесь Серебрякова начала свою знаменитую серию портретов пастелью женщин с высокими чепцами, украшенными бретонской вышивкой. Как раз в 1930-е годы эти традиционные головные уборы были особенно высокими.

 

Зинаида Серебрякова. Бретонская крестьянка. 1934. Фрагмент. Частное собрание

 

Но из-за толп зевак работать было трудно: «Страдаю по-прежнему, если подходит народ, и не могу дальше работать, а тут всюду столько народу!» Так что 10 августа Серебряковым пришлось переехать в деревушку Лескониль на берегу моря и жить у рыбаков.

Лето 1935 года Серебряковы провели там же. В июле—августе 1937 года они жили в портовом городе Конкарно на юге Бретани неподалеку от городка Понт-Авен, известного по понт-авенской школе живописи. В последний свой приезд в Бретань в сентябре 1939 года художница жила в городке Треберден на северном берегу Бретани, где еще в 1897 году работали Евгений Лансере и Александр Бенуа. Но все же сама она предпочитала запад и юго-запад полуострова, во многом из-за особенно красивых скал.

 

 Зинаида Серебрякова. Бретань. Пляж в Лескониле. 1934. © ГМЗ Петергоф

 

В июне 1934 и в августе—сентябре 1935 года Серебрякова посетила Овернь. Она выбрала город Эстен в департаменте Аверон, в котором жило всего несколько сотен человек. В центре живописного города сохранился замок XV века. Заинтересовала художницу и скульптура XV–XVII веков в расположенной рядом средневековой церкви Сен-Флёре. Свой второй приезд она специально подгадала к сбору винограда, «так как нет ничего декоративнее и красивее виноградных лоз и тяжелых кистей и полных ими корзин».

В 1937 году Серебрякова выбрала для работы небольшой город Кастеллан в горах близ Лазурного берега, а в 1939-м — городок Туретт-сюр-Лу в скалах в 20 км от Канн. Летом 1938 года Серебрякова отправилась на Корсику в поисках экзотических видов. Вместе с Екатериной они приплыли пароходом из Ниццы в рыбацкий городок Кальви, расположенный на вдающемся в море скалистом полуострове. Здесь они создали много красочных пейзажных этюдов, посетили дом князя Юсупова, но обилие туристов испортило впечатление от поездки. […]

 

Зинаида Серебрякова. Окрестности Кастеллана. 1929. 
© ГМЗ Петергоф

 

Пожалуй, единственной страной, где Серебрякова работала почти исключительно для себя, была Италия. В августе — сентябре 1932 года они вместе с Катей посетили Тоскану и Умбрию. В отличие от 1902–1903 и 1914 годов были выбраны преимущественно не знаменитые крупные города (Рим, Милан, Венеция, Неаполь), как прежде, а небольшие поселения (Ассизи, Буджано близ Пистойи, окрестности Пизы), в которых еще полнее раскрылся талант Серебряковой-пейзажиста. Побывали Серебряковы и во Флоренции, где жили в восточной части города, на виа делла Роббиа. Превосходны городские виды, исполненные темперой, на которых запечатлены Понте Веккьо, сады Боболи, площадь Оспедале-дельи-Инноченти, виды от церкви Сан-Миньято-аль-Монте. Именно по поводу этой поездки Александр Бенуа написал в газете Последние новости 10 декабря 1932 года: «И все же экзотике Серебряковой я предпочитаю ее Европу... Как чудесно умеет передавать это европейское художница и тогда, когда она нас приводит в чудесный флорентийский сад, и тогда, когда мы с ней оказываемся на уютной площади провинциального Ассизи, и тогда, когда она нас знакомит с теми итальянскими доннами, прабабушки коих позировали Рафаэлю и Филиппо Липпи».

 

Зинаида Серебрякова. Вид на пьяццу Коммунале в Ассизи. 1932. Частное собрание

 

В следующий свой приезд в Италию в октябре 1937 года художница посетила известный еще по Образам Италии Павла Муратова маленький город Сан-Джиминьяно. Впечатлениями Серебрякова делилась с детьми в письме: «Выбрали маленький городок Сан-Джиминьяно, знаменитый своими башнями средних веков и чудными росписями в церквах. Вокруг города расстилается дивный пейзаж, т. к. с 335 метров высоты, где он находится, видна бесконечная даль, теряющаяся в нежно-голубых дальних горах».

Художница вспоминала об экспедиции в Сванетию Евгения Лансере в 1929 году и старалась запечатлеть далекие городские башни в окружении долин, окрашенных нежными зелеными, синими и охристыми оттенками. Как писал в 1929 году Радлов, «искусство Серебряковой натуралистично в широком смысле этого слова. Она изображает то, что видит вокруг, не стремясь населять своей фантазией или видоизменять выдумкой окружающий ее мир».

 

 

Зинаида Серебрякова. Уголок огорода. 1910. Фрагмент. Чувашский государственный художественный музей, Чебоксары

 

 

Зинаида Серебрякова. Груши на ветках. 1910-е. Донецкий художественный музей. Украина

 

 

Зинаида Серебрякова. Груши на ветках. 1930. Запорожский художественный музей, Украина

 

 

Зинаида Серебрякова. Лежащая обнаженная. Начало 1930-х. Частное собрание. © Sotheby

 

 

Зинаида Серебрякова. Сенегальский солдат. 1928. Новосибирский ГХМ

 

 

Зинаида Серебрякова. Коллиур. Катя на террасе. 1930. Частное собрание

 

 

Зинаида Серебрякова. Корзина с сардинами. 1930. Частное собрание

 

 

Зинаида Серебрякова. Ментон. Вид с гавани на город. 1930. Музей изобразительных искусств, Бишкек

 

 

Зинаида Серебрякова. Марракеш. 1932. Частное собрание

 

 

Зинаида Серебрякова. Автопортрет с палитрой. 1938. Частное собрание. © MacDougall Auctions

 

 

См. также
Все материалы Культпросвета