Показать меню
Художества
Гауди. Архитектура как молитва
Антони Гауди. Фрагмент мозаики. Парк Гуэль. Ок. 1903 Фото Гилем Фернандез-Уэрта

Гауди. Архитектура как молитва

Что оставил легендарный каталонец: впервые выставка в Москве

20 июня 2017 Галина Парсегова

25 июня исполнится 165 лет со дня рождения Антонио Гауди-и-Корнета. К этому событию приурочена выставка в Московском музее современного искусства "Антонио Гауди. Барселона", первая в России посвященная великому художнику и архитектору модернизма. Более 150 предметов из частных коллекций, музеев и фондов Испании, старинные снимки, чертежи и эскизы, макеты, мебель из жилого дома Каса Кальвет на улице Касп, изразцы из парка Гуэль. 14 из 18 построек Гауди украшают Барселону. Каталонская столица обязана неповторимым обаянием своих кварталов не только Гауди, но во многом, именнно ему. Труженик, аскет, мистик создал вселенную в городе. Названный современниками Данте нашего времени он при жизни пережил свои "Ад", "Чистилище" и "Рай": строительство здания Каса Мила, собора Святого семейства – Саграда Фамилья, устроение парка Гуэль. Гауди словно видел свой путь наперед и выполнял ведомый ему одному высочайший заказ. Строил, будто молился, а некоторое время назад Ватикан инициировал процесс причисления архитектора к лику святых.

 

Джоан Алсина. Дворец Гуэля: фрагмент чертежа. 1910

 

Что оставил Гауди? 18 архитектурных шедевров? Вечно строящийся собор Святого Семейства? Возможно, свое откровение, благую весть, Евангелие в камне и глазури. Его признавали архитектурным безумцем, сверхчеловеком, гением, проводником духа, воплощенного в камне, и творцом пьяного искусства. Мигель де Унамуно, философ, писатель, ректор университета Саламанки, побывал, как и многие европейские знаменитости, на строительной площадке собора Саграда Фамилья. Эксцентричный Гауди отказывался говорить на классическом испанском диалекте кастильяно, а Унамуно не знал каталонского, диалога не получилось. Унамуно не понравилось то, что он увидел, но он подарил Гауди сделанных на его глазах бумажных птиц, и тот хранил их в мастерской долгие годы. 

На 127 керамических плитках, вьющихся по периметру фасада Школы монахинь-терезианок (святая Тереза Авильская была учителем Церкви и писателем-мистиком, чьи труды Гауди высоко ценил), видны инициалы Иисуса Христа. Вкраплены они также и в металлический орнамент оконных решеток. Здание изобилует символикой, ключ к которой не найден. В этой ранней постройке заложена одна из первых загадок архитектора, с тех пор так и поведется.

Антонио Гауди. Дубовая скамья. Дом Кальвет. ок.1900. Фото Изабель Казанова

Парк Гуэль, названный по имени Эусебио Гуэля-и-Басигалупи, крупного промышленника, мецената и друга, Гауди задумывал как оперу, разворачивающуюся в трех действиях, и это самое жизнерадостное его творение. И гигантская головоломка. Знаменитую скамью-змею Гауди облицовывал с другом и помощником, талантливейшим Жозепом-Марией Жужолем, традиционно, в стиле тренкадис. Узор, отнюдь не произвольно-хаотический, начинается с правой стороны и хранит сложную символику: магические формулы и рисунки, ряды чисел и знаки. Многие из этих символов связаны с образом Черной мадонны Монсеррат, много значившим для Гауди. Центральный камень фасада в верхнем этаже дворца Гуэль, по преданию, ориентирован в направлении горы Монсеррат.

Формы и краски природы Гауди почитал за образец высшей, истинной красоты, созданной Господом. Оттого самую высокую, в 170 метров, башню собора Саграда Фамилья, башню Христа, святой архитектор не счел возможным сделать  выше, чем гора Монжуик, или хотя бы вровень с ней: творение рук человека не должно возвышаться над тем, что создано Господом. Природе следует поклоняться, а не соревноваться с ней.

 

Саграда Фамилия. Восточный фасад. Декоративное навершие

 

На московской выставке есть удивительный экспонат: керамическая плитка с изображением оранжевых цветков бархатцев. Это один из главных мотивов декора Каса Висенс. Изразцы с оранжевыми цветами опоясыват фасад здания и эхом отзываются в его интерьерах. Оосматривая участок под строительство, архитектор залюбовался старой пальмой в окружении газона с яркими бархатцами. Дань уважения той пальме – в узоре железной решетки входных ворот, имитирующем пальмовые листья. Среди растительных мотивов декора Каса Висенс есть изображение подсолнуха – символа души. Во фриз северо-западной стены в столовой, превращенной фантазией Гауди в своеобразный каталог стиля модерн, вписано местное заклинание: Да будет летняя тень! Ему откликается стена напротив: Солнце, маленькое солнышко, приди и взгляни на меня, потому что мне холодно.

 

Каса Висенс. inis-avalon.diary.ru

 

В стремлении служить природе Гауди не знал границ, он творил нечто небывалое, вызывал как восторг, так и шок, стирая грань между архитектурой и скульптурой. Жилой дом Каса Мила он строит в тяжелое время: умирает отец, за которым Гауди ухаживал до последнего часа, умирает единственная племянница – все его близкие. Строительство много раз запрещают. Заказчик, известный денди Пере Мила-и-Кампс отвергает идею архитектора украсить фасад здания, на месте которого в XI веке стоял храм Богородицы, скульптурной композицией в честь Девы Марии. Для Гауди это было принципиально важно, ведь он замыслил здание актом прославления священной горы Монсеррат. Несмотря ни на что, ему удалось приблизиться к своему идеалу и создать дом-гору, которую как только не называют: Ла Педрера (Каменоломня), Осиное гнездо,  Рукотворная гора, Ноев ковчег... Крышу Гауди оформил в виде выставки сюрреалистических скульптур (ими восхищался Сальвадор Дали), в них он преобразил, как и во дворце Гуэль, каминные и вентиляционные трубы. Попросил жильцов дома украсить балконы вьющимися растениями: по его замыслу, зелень придаст зданию законченный вид. Для интерьеров своего трудного детища Гауди сам спроектировал мебель, светильники, фурнитуру — все до мелочей. Ему приписывают слова: Каса Мила подобен ледоколу в Арктике, который крошит лед, чтобы проложить путь для других, более слабых кораблей...

 

Мозаика скамейки парка Гуэль

 

43 года, почти всю сознательную жизнь, Гауди возводил собор Саграда Фамилья. Проект начинал архитектор Вильяр-и-Лозано, но прошло чуть больше года, и он оставил свой пост, не поладив с церковным советом, руководившим строительством. По легенде, главным архитектором собора Антонио Гауди стал благодаря вещему сну Жозепа Марии Бокабельи, одного из основателей общества почитателей святого Иосифа, который и задумал возведение грандиозного искупительного собора Святого Семейства. Бокабелья уверял, что получил во сне важную информацию: собор должен строить голубоглазый архитектор. Когда некоторое время спустя Бокабелья увидел Гауди, дело было решено. Тридцатилетний зодчий приступил к главному делу своей жизни.

Он увидел этот собор как грандиозный орган: в пространстве высоких нефов ему слышались мелодии ветра, летящего сквозь проемы колокольных башен. Он любовно продумал декор башенных наверший, каждую затейливую деталь. На вопрос, к чему такая тщательность в отделке деталей, не видимых человеческому глазу, Гауди отвечал, что любоваться ими будут не люди, ангелы.

10 сентября 1926 года Гауди ушел прямиком в легенду. В 2026-м, спустя ровно столетие, строительство собора Саграда Фамилья в Барселоне должно быть завершено. Был архитектор, конечно же, прав: его "заказчик" не торопится.

Выставка работает по 10 сентября.

 

Терасса на крыше Дворца Гуэль

 

Каса Батло. Интерьер

 

Терасса на крыше Каса Батло

 

См. также
Все материалы Культпросвета