Показать меню
Работа в темноте
Венеция 2017: Форма воды и три вида апокалипсиса
Человеческий поток. Режиссер Ай Вэйвэй. 2017

Венеция 2017: Форма воды и три вида апокалипсиса

О фильмах Ай Вэйвэя, Гильермо дель Торо, Даррена Аронофски и Джорджа Клуни

6 сентября 2017 Вероника Бруни

В "Воскресении" Лев Толстой сравнивал людей с реками, мол, "вода во всех одинакая", разница лишь в деталях. Водянистые метафоры на Венецианском кинофестивале в цене, но они скорее разделяют, чем соединяют миры. Гильермо Дель Торо в сказочной "Форме воды" (The Shape Of Water) раскрывет в человеке жабры, чтобы тот мог глотнуть невиданной свободы и искупаться в безусловной любви. Самый известный в мире современный художник Ай Вэйвэй в "Человеческом потоке" (Human Flow) проходит от истоков до устья миграции беженцев по руслам, меняющим планету.

Став кинорежиссером китайский художник-монументалист Ай Вэйвэй в своем первом неигровом фильме "Человеческий поток" сам оказывается действующим лицом, лично и активно участвует в новом мироустройстве: делает селфи с беженцами, готовит им еду, в шутку предлагает обменяться паспортами и проверяет удобство оборудования палаточных лагерей. В отличие от невидимого и неслышимого в своих лентах Фредерика Уайзмена, чью документальную сагу о Нью-Йоркской публичной библиотеке "Экслибрис" (Ex Libris — New York Public Library) покажут в конкурсе на днях, он – значимая часть фильма, знай перекатывается из кадра в кадр, и тут, и там, сам себе жанр и гипербола. Ай Вэйвэй делает фильм, снятый в сотрудничестве со знаменитым немецким продюсером Хайно Декертом, иллюстрацией собственных слов: Любой кризис другого человека должен восприниматься так, будто это происходит с нами. Он делит с беженцами кадр, будто хлеб. Присутствие режиссера в фильме, как подпись на каждой странице контракта, взятое им обязательство говорить за тех, у кого пока нет голоса, обязательство быть их голосом. Вообще же, личное обживание драматических социальных ситуаций во многом пришло из современного искусства нулевых годов, на которые пришлось и художественное становление Ай Вэйвэя. "Документа" 2003 года была насыщена подобного рода проектами: Стив МакКуин, впоследствии ставший кинорежиссером, снаряжал корабль по следам массового самоубийства карибских индейцев в 1651 году, группа немецких акционистов отправлялась на поиски лодки, затонувшей в 1996 году с пакистанскими беженцами на борту. Склонность работать с большими формами и числами привела Ай Вэйвэя к наиболее масштабному явлению современного мира – новому великому переселению народов. 23 страны, 65 милионов перемещенных лиц, 300 000 беженцев и мигрантов, которые в 2015 и 2016 годах были еще детьми, десятки тысяч погибших, и единицы тех, станет полноправной частью Европы нерезиновой. Закономерно, фильм берет количеством, не качеством, как и яркая экспозиция другого титана современного искусства Дэмиена Херста по ту сторону венецианской лагуны в здании бывшей таможни и в палаццо Грасси. "Человеческий поток" Ай Вэйвэя наносит новые контуры на старую карту, но законы искусства и формы Ай Вэйвэй оставил для "Закона путешествия" – грандиозной инсталляции в Праге на его первой восточноевропейской выставке, где сотни одинаковых безликих фигур сливаются с темной надувной гигантской лодкой, олицетворяя катастрофы и кризисы миграции 2015 года

 

Субурбикон. Режиссер Джордж Клуни. 2017

 

Долгожданный "Субурбикон" (Suburbicon) Джорджа Клуни по раннему сценарию братьев Коэн сделан в жанре крушения – идиллический мир благонамеренного пригорода под голубыми небесами 50-х годов из роликов о ядерной угрозе разбирается по кирпичику, пока не настает черед стенобитной гири, и тогда, здравствуй, рагнарек. Мэтт Дэймон в роли очередного обывателя, Гарднера Лоджа, занимается примерно тем же, смывая в кровавой бане со своего персонажа все его добропорядочные маски. Но никто этого не замечает, ведь рядом с Лоджами поселились Майерсы, и они единственные афроамериканцы в Субурбиконе, а значит массовые ку-клус-клановские забавы отвлекут от конца света в семействе Лоджей. Жирно-эксцентрическая сатира Клуни гораздо злее инвектив Александра Пэйна в "Короче", и эта бурлескная злость явно не из Коэнов, подразумевающих, что за социальной и политической реальностью их персонажей неизбежно есть та, что будет всегда, единственная, вечная данность баланса добра и зла. 

 

Мама! Режиссер Даррен Аронофски. 2017. © Protozoa Pictures

 

Вплотную к вечности, очищенной от идеологий, подбирается Даррен Аронофски в "маме!" (mother!), именно так – со строчной буквы. Вечность у него выглядит как загородная вилла с лестницами, перилами и зловещими подвалами. Здесь сочиняет судьбы главный автор, здесь происходит, как вскоре нам толсто намекнут, само Творение. В гости придут Адам и Ева, Каин убьет Авеля, родится Младенец. И здесь же разразится апокалипсис, чтобы дать жизнь новой книге и новому миру, столь же несовершенному, как и все предыдущие. Творца играет Хавьер Бардем, падкий на фимиам, его прекрасную супругу – Дженнифер Лоуренс, которая не в силах терпеть все расширяющуюся вселенную в их апартаментах прибегнет к радикальному жесту. Эта хоррор-космогония по Арнофски весьма забавна и достаточно нелепа, чтобы относиться к ней всерьез. Полагаю, это фильм-шутка, не шутка гения, конечно, но человека, умеющего легко и элегантно подорвать пару–тройку базисных концепций мироздания, и не из каких-то темных убеждений, а просто потому, что может.

 

Форма воды. Режиссер Гильермо дель Торо. 2017. © Bull Productions

 

"Форма воды" Гильермо дель Торо, встреченная с большим энтузиазмом – очаровательная сказка о некрасавице и чудовище, о любви без границ, холодной войне и одиночестве, трезвая и феерическая одновременно. А также – восхитительная реконструкция эпохи 60-х с ее вибрирующим металлом, телефонами, прическами. Немая уборщица Эльза, очевидно Русалочка, променявшая голос на пару стройных ног, обнаружит в секретной военной лаборатории пленную тварь из морской бездны. С тех пор ей морской по нраву дьявол, его будет любить, но сначала покормит. Сюжет "Человека-амфибии" был известен задолго до нашего Александра Беляева, описавшего любовь Гутиэрре и Ихтиандра еще в 1928 году, и старого советского фильма по его книге. Еще персонаж рассказа 1926 года "Рожденный морем" Эдмонда Гамильтона одинаково свободно чувствовал себя в воде и на суше. Гильермо дель Торо соединяет b-movies сюжет с лирикой, сексом и немного рок-н-роллом – Русалочке, помните? хотелось танцевать.

Однако лучше многих сказок и шуток показанный в программе "Горизонтов" потертый, натруженный байопик Сюзанны Никьярелли "Нико, 1988" (Nico, 1988) – дни, ночи, гастроли певицы Нико, участницы TheVelvet Underground и любимой женщины Лу Рида в дни когда все это ужет стало воспоминанием. Фильм хорош настроением, пониманием возраста и судьбы, но в основном, благодаря датской артистке Трине Дирхолм, безупречной в роли все повидавшего и нигде не застрявшего человека.

 

 

См. также
Все материалы Культпросвета