Показать меню
Долгоиграющее

На каторгу не хочется

Двенадцать впечатлений в Третьяковской галерее

18 декабря 2013 Александр Шабуров
На каторгу не хочется
За разбитой дверью тебя встречают мраморные интерьеры дизайна 1970-х и раритетные ковровые дорожки [2], сохранившиеся примерно с того же времени. По бокам — люстры, самые дорогие из того, что нашли в магазине «Мебель». Цены в кассе — по сохранившейся с советских времён традиции — разные для соотечественников (200 руб.) и иноземцев (350 руб.) [1]. Потом портреты русских баб, в угоду моде натянувших на себя иностранные тряпки. Но уже в них видишь что-то человеческое. В Музее Прадо портреты их знати тебе по барабану, а тут понимаешь: вот эти люди проектировали то, в чём тебе сейчас приходится жить. Или нарожали тех, кто это спроектировал. Потом — портреты тех, кто проект нации вербализовал. И картины тех, кто её историю визуализировал. Происходило это

Лучшая игра со стихами

Тимофей Собакин, Таша Грановская и Михаил Чевега выиграли поэтический слэм в Москве, Сергей Шнуров признал Нату Сучкову победительницей слэма в Петербурге

18 декабря 2013 Вячеслав Курицын
Лучшая игра со стихами
Поэт форсирует голос, рычит на слове «любовь» — будто в этом слове четыре «р». Его задача не просто рассказать о своих высоких чувствах, но и пленить жюри. А жюри судит — как в фигурном катании — не только «содержание», но и «манеру исполнения». Форсировать голос, впрочем, ещё не значит получить пятёрку (в руках у членов жюри карточки с цифрами от 1 до 5). Кто-то из рафинированных судей поморщится, надрыва и экзальтации не поддержит. Но в жюри больше случайных людей из зала, вовремя протянувших руки, когда ведущий раздавал карточки. Признанные поэты на слэме сплошь и рядом проигрывают голосистым авторам с горячими темами (политика, эротика). А ещё бывает так, что участник приведёт с собой группу поддержки, члены которой,

Наталья Гончарова, делатель картин

О белой лошади света и о павлине, похожем на Колизей

17 декабря 2013 Людмила Бредихина
Наталья Гончарова, делатель картин
Выставка «Между Востоком и Западом» в 2013 году показывала около 400 работ самой знаменитой русской художницы. Немало, хотя не так уж и много. Наследие Натальи Гончаровой, неутомимого «делателя картин», ― огромно. Так называвший её Ларионов считал, что она маловато работает, и был явно не прав. Сто лет назад, в 1913 году, на её персональной выставке в Москве было показано более 700 картин. Сейчас нам показывают только самое значительное, отстоявшееся, проверенное временем, провенансом (историей владения) и экспертизой, что в истории с русским авангардом совсем не лишнее. Она была звездой среди звёздных «амазонок авангарда». «Амазонками» и «скифскими наездницами» назвал однажды Александру Экстер и Ольгу Розанову их друг Бен

Евгений Сергеев: «Первая мировая — это пролог ХХ века»

Историк о столетии войны и намеченной мемориальной кампании

16 декабря 2013 Александра Пушкарь
Евгений Сергеев: «Первая мировая — это пролог ХХ века»
О 1914-м задумались уже в конце 2012-го. Президент упомянул в традиционном послании Совету Федерации. Министр культуры учредил Российское военно-историческое общество. Председатель Государственной думы возглавил оргкомитет по подготовке к столетию. Участвовать мобилизована научная элита. Выяснилось, что ученые не переставали исследовать этот период. Что волонтеры-поисковики не прекращали искать могилы и кресты, прадедушек-георгиевских кавалеров и прабабушек-сестер милосердия. И вот настало время памятников. Результаты конкурса мемориала на Поклонной уже известны, а список мероприятий ещё формируется, поскольку рассчитан не на один год.   Наталья Львова Евгений Юрьевич Сергеев — учёный, руководитель программы «Центр «XX век: социально-политические и э

Зачем и кому это нужно

«Ромео и Джульетта» в Ясной Поляне, видео-«Иоланта» в Мариинке, мерцание золотой запятой и другие приключения оперы

16 декабря 2013 Вячеслав Курицын
Зачем и кому это нужно
Тридцать или сорок бокалов из-под шампанского в пустом фойе сельского ДК. На круглых высоких столиках ― узкие высокие бокалы. Ветер теребит занавеску. Окно открыто, марево: это сценка из последнего лета. Не часто, думаю я, это фойе видит такую картину. Буфета в ДК нет, а если когда и был, то вряд ли в его репертуаре главенствовало шампанское. В зале на экране идёт запись «Ромео и Джульетты» Гуно, спектакля Зальцбургского фестиваля 2008 года. Джульетту поёт Нино Мачаидзе, Ромео ― Роландо Вильясон, отца Лоренцо ― Михаил Петренко. Публики человек сто. Работники толстовского заповедника (которому, собственно, и принадлежит ныне ДК; сама деревня его не смогла бы содержать). Участники традиционного летнего фестиваля «Сад гениев», в рамках которого крутят зальцбургскую

Скажи мне, Господи, путь

Из «Путевого блокнота» священника Георгия Чистякова: об истории, тёмных аллеях и о лучшей защите в пути, который, как сказано, неисповедим

13 декабря 2013 Кирилл Михайлов
Скажи мне, Господи, путь
«Кредо» ― credo ― с латыни переводится как «верую». Известно выражение, приписываемое христианскому мыслителю II–III веков Тертуллиану, «верую, ибо абсурдно». Здесь я буду рассказывать о том, как люди верят. Как это бывает неожиданно и противоречиво. Или ― подлинно и откровенно. Какой абсурдной иногда выглядит та религиозность, что заняла сегодня одно из главных мест на исторической сцене. Ещё лет двадцать назад казалось, будто вера стала личным делом частного человека. Ну, а если верить известному социологу Питеру Бергеру, «современный мир столь же яростно религиозен, каким был всегда». И вот уже выражение «исламский терроризм» звучит для нашего уха чем-то совершенно привычным. А у большинства наших соотечественников тез

Секрет для ребят

О кинотеатре им. Бабякина, о том, как разливное пиво запятнало образ героя революции, и о бесконечности «повторного фильма»

13 декабря 2013 Игорь Манцов
Секрет для ребят
Вот тест, который поможет понять себя много лучше: «Какое кино ты (я) посмотрел первым?» На деле назовёшь не то, что объективно «посмотрел», а то, что субъективно «увидел». Что реально поразило, а значит, сформировало. У меня это будет «Король-олень» по телевизору. Навсегда осталось и в подкорке, и в сердце следующее: «Если Тарталья, значит, каналья!» «…И счастлив в супружестве он, говорят! — Но это, но это, но это, конечно, секрет для ребят». Ого! Мой детский ум верно вычленил базовые мирские ценности, распознав значимость темы власти и темы секса. А что с первым культпоходом в кино? Всё начинается чехословацкой чёрно-белой картиной «Чудеса пана Тау». Во втор