Показать меню
Работа в темноте

Шукшин. Люди поля: истина опасных поступков

О странных людях

4 июня 2018 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля: истина опасных поступков
В продолжение шукшинского цикла Виктора Филимонова "Культпро" публикует главы новой книги историка литературы и кино "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с ним и с его героем в диалог, даже спор. Вместе с ними оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет".  Ранее: I. Шукшин. Люди поля II. Шукшин. Люди поля: в пространстве "между" III. Люди поля: Шукшин и Феллини  IV. Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Ваш сын и брат" V. Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Живет такой парень"   Кризис, но плодотворный

Канн 2018. Павел Павликовский и беспокойное сердце

О любви, пришедшей с холода

11 мая 2018 Вероника Бруни
Канн 2018. Павел Павликовский и беспокойное сердце
Черно-белая "Холодная война" (Zimna wojna) поляка Павла Павликовского начинается как документальный фильм с хорошим бюджетом и выдающимся оператором. В квадрате экрана – снежные равнины, народные инструменты, деревенские песнопения, сильные непростые голоса. В послевоенной и отныне социалистической Польше собирают фольклорный ансамбль, записывают песни на языках народностей Польши, Украины, Словакии, в том числе песни лемков, неугодные товарищам, прослушивают самородные таланты, отбирают сельских дев – очи в пол, коса в пояс. А самая красивая, опасная и стриженая поет Исаака Дунаевского: Сердце, тебе не хочется покоя… Не в тему, но темпераментно, и городской красавец-дирижер лишается покоя.   Режиссер Павел Павликовский. Festival de Cannes

Канн 2018. Кирилл Серебренников и его рок

О "Лете", совершенном дне с зоопарком и кино и о том, чего не было

10 мая 2018 Вероника Бруни
Канн 2018. Кирилл Серебренников и его рок
Двое наших режиссеров в двух каннских программах точно и полно, в жанре открытия, высказались о двух важнейших категориях: о месте и о времени. Место – "Донбасс" Сергея Лозницы в "Особом взгляде". Время – "Лето" Кирилла Серебренникова в конкурсе. Один открыл пространство, для которого не изобретено карты. Другой, находясь под домашним арестом, был властен химичить с временем, и открыл в изоляции черно-белое время свободы, очень похожее на счастье. В него можно войти дважды, можно купаться сколько влезет в его Финском заливе и быть вольной птицей на его кисельном берегу, не боясь утрат. Это время, как пластинка, только переставь иглу на виниле, никогда не пройдет, всегда с тобой, у каждого свое, ныряй не хочу. Имена "Майк", &quo

Канн 2018. Асгар Фархади и общеизвестное

О том, что знают все, и о слоне в мелочной лавке

9 мая 2018 Вероника Бруни
Канн 2018. Асгар Фархади и общеизвестное
71-й Каннский фестиваль открылся конкурсным фильмом Асгара Фархади "Все знают" (Everybody Knows) с Пенелопой Крус и Хавьером Бардемом о первой любви и темных тайнах испанского села. Впервые авторство иранского мастера психологических орнаментов и драматических завихрений не вполне очевидно. Все происходящее в фильме, как вечернее платье, подогнано под его главную звезду, которая инициировала появление этого фильма, под ее эффектные слезы. Лаура, героиня Пенелопы Крус приезжает с детьми из Аргентины на свадьбу сестры, в дом, где прошло ее детство. Веселье, танцы и флирт в красивейшей деревне Торррелагуна к северу от Мадрида внезапно обрываются, когда режиссер ставит зрителя перед перед шкафом со зловонными семейными скелетами, а свою героиню – перед худшими врагами ч

Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Живет такой парень"

Об истоке кинематографа Шукшина и о волшебных помощниках

22 апреля 2018 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля: как устроен фильм
В продолжение шукшинского цикла Виктора Филимонова "Культпро" публикует главы новой книги историка литературы и кино "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с ним и с его героем в диалог, даже спор. Вместе с ними оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет".  Ранее: I. Шукшин. Люди поля II. Шукшин. Люди поля: в пространстве "между" III. Люди поля: Шукшин и Феллини  IV. Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Ваш сын и брат"   Сюжет-посвящение И все же "Ваш сын и брат" оставляет ощущение подступающего кризиса! Здание фильма колеблется по

Что смотреть на ММКФ: Лицо

О нелицеприятном и об отличном польском фильме

20 апреля 2018 Галина Парсегова
Что смотреть на ММКФ: Лицо
Лицо. Twarz. Режиссер Малгожата Шумовска. Польша, 2018. Гран-при жюри Берлинского кинофестиваля Мифология лица в целом и по частям, его метаморфоз и потери часто встречается в литературе и кино. Гоголевский "Нос", например: Будь я без руки или без ноги — все бы это лучше; будь я без ушей – скверно, однако ж все сноснее; но без носа человек – черт знает что: птица не птица, гражданин не гражданин; просто возьми да и вышвырни за окошко! Или "Портрет Дориана Грея" Оскара Уайльда: Высоко развитый интеллект уже сам по себе некоторая аномалия, он нарушает гармонию лица. Как только человек начнет мыслить, у него непропорционально вытягивается нос, или увеличивается лоб, или что-нибудь другое портит его лицо. Посмотри на выдающихся деятелей люб

Шукшин. Люди поля: как устроен фильм "Ваш сын и брат"

Об эксцентричном поступке

12 марта 2018 Виктор Филимонов
Шукшин. Люди поля: как устроен фильм
В продолжение шукшинского цикла Виктора Филимонова "Культпро" публикует главы новой книги историка литературы и кино "Люди поля", посвященной переводу прозы Шукшина на киноязык и тем авторам, кто вступает с ним и с его героем в диалог, даже спор. Вместе с ними оказываются в пространстве "между" – между реализмом и условностью, между полюсами "Бог есть" и "Бога нет".  Ранее: I. Люди поля. Постановка проблемы II. Люди поля: в пространстве "между"   III. Люди поля: Шукшин и Феллини   В следующем фильме Шукшина деревня с самого начала видится безусловно натуральной. "Ваш сын и брат" был снят на том же дорогом сердцу автора Алтае. Картина открывается продолж

"Зама" Лукреции Мартель в Москве

О необъяснимом, больших надеждах и о тех, кого выталкивает вода

3 марта 2018 Вероника Бруни
Фильм Лукреции Мартель, чья российская премьера состоялась на кинофестивале "Дух огня" в Ханты-Мансийске, покажут 7 марта в московском Центре документального кино. Дон Диего де Зама, колониальный чиновник в Асунсьоне, стареет. Он стремится завершить службу у черта на куличках и страстно желает перевода, даже не в метрополию – в Лерму, где осталась семья. Вот и все, что о нем известно. Остальное режиссер Лукреция Мартель, как ворожея, выбирает из дрожащего воздуха. Ее невод приносит на экран мираж за миражом, мертвецов, призраков, тени, внутренние голоса – и это лишь часть фантастической работы со звуком. Главный мираж – сам Новый Свет в глазах Замы. Этот зыбкий мир с его пагубной чувственностью невыносим ему своей новизной, неисчерпанностью, не

Кинофестиваль "Дух огня" в Ханты-Мансийске и Москве

О любви в 16 лет, космоэротике и прочей синефилии

24 февраля 2018 Екатерина Чен
Кинофестиваль
С 1 по 7 марта в Ханты-Мансийске состоится 16-й фестиваль кинодебютов и вторых фильмов "Дух огня". В основной программе два полнометражных конкурса – российский и международный, в каждом – по восемь фильмов. Еще обещаны любопытнейшая подборка короткометражек, а также кино одной из стран БРИКС: в прошлом году в фокусе был Китай, в этом – Индия. Тему нынешнего фестиваля – любовь – определил президент "Духа огня", режиссер Сергей Соловьев. Говорит, по части любви в кинематографе нам надо догонять остальной мир, а то страна у нас сердечная и чувственная, а картин об этом как-то не хватает. Уже сам поиск фильмов на заявленную тему, по словам Соловьева, приятен и вселяет надежду.     Дмитрий Соловьев. Афиша 16 фестиваля &

Бери шинель, пошли домой

О страхе чужого и ужасе перед своим, о ветеранах и призраках у Балабанова

23 февраля 2018 Анна Ниман
Бери шинель, пошли домой
Друзья Балабанова вспоминают, что в юности он, презрев предрассудки, бывало праздновал день своего рождения не 25-го, а 23-го февраля. В этом году автору “Братьев”, “Войны” и “Груза 200”, бывшему бортовому переводчику военных перевозок из “горячих точек” исполнилось бы 59. Уместным тогда кажется разговор об авторе, чьи герои живут на полигоне “бесконечной войны”. Они, как пишет исследователь Нэнси Конди о “Брате”, действуют под влиянием галлюцинации, в которой Великая Отечественная война все еще продолжается. Великая Отечественная тем и "хороша", что понятна, названа, залита в традицию. Балабановские же нескончаемые войны — это войны без имени и смысла, войны скрытые от обывателя, их смутное при