Показать меню
Двойники

Альфред Хичкок в новой книге Питера Акройда

Фрагмент, в котором появляется поезд с двойниками, и начинается настоящая карьера Хича в Америке

29 июля 2016
Альфред Хичкок в новой книге Питера Акройда
Британец Питер Акройд плодовит, подобно Дмитрию Быкову, и начинал как поэт, но за рамки серии "жизнь замечательных людей", как правило, земляков, по большей части не выходит, лишь дважды приравняв к течениям человеческих судеб священные волны Темзы и душу Лондона. Объектами его разностороннего интереса становились ученый Ньютон, писатель Чосер, поэт Блейк, художник Тернер, комик Чаплин. Об одном из жизнеописаний, вышедшем из-под пера Питера Акройда, английская писательница Пенелопа Фитцджеральд отозвалась: "Не понимаю, как биография Диккенса, написанная человеком, напрочь лишенным чувства юмора, может пользоваться таким успехом". В самом деле, крайняя сдержанность Акройда делает его "Хичкока" обильным собранием фактов в сжатом, но ничуть не поверхностном излож

Милый Ханс, дорогой Петр

О новом фильме Александра Миндадзе, о стеклянном море, смешанном с огнем

28 марта 2016 Ксения Рождественская
Милый Ханс, дорогой Петр
"Милый Ханс, дорогой Петр" Александра Миндадзе толкает зрителя во ад – не военный, а предвоенный, в сияющий май 1941-го. Великая Отечественная закончится ровно через четыре года. Она еще не началась. Прямо перед войной, сообщают титры, немецкие специалисты работали на советских предприятиях. Взаимопомощь стран-союзниц. Фильм рассказывает об одном из них, Хансе, он и его трое коллег (блистательные актеры Якоб Диль, Марк Вашке, Биргит Минихмайер и Марк Хоземанн) приехали в Советский Союз делать сверхточную, идеальную линзу, такую, "чтобы совсем далеко и совсем рядом". Но ничего не получается, стекло выходит бракованное, с какими-то пузырями, тускло и гадательно. "Не знаем, что варим, и себя не знаем", – так говорит рыжая Грета, некрасивая немка, г

Гамлет Робера Лепажа в Театре наций

Как ведет себя современное искусство в современном театре, или Гамлет Гамлету глаз не выклюет. Часть II

18 февраля 2014 Людмила Бредихина
Гамлет Робера Лепажа в Театре наций
Современное искусство отличается от своих предшественников, как риторический восторг от исследовательского зуда. Это искусство мыслит «проектом» и позволяет себе разные «жесты». Скажем, после резких жестов Дюшана (писсуар - в музей, Джоконде - усики) сам проект изобразительного искусства заметно изменился. Определенно, в резких жестах есть своя сермяжная правда. Известная художница (театральная в том числе) Катя Бочавар уверена, что «не умеющий считывать коды современного искусства театрал говорит с создателями спектаклей на разных языках и теряет многое из заложенного авторами, а то и вовсе не понимает ничего». Слова, цвета, звуки, люди, пространства и даже времена – все может служить материалом для работы, если верить визитной карточке Бочавар

Случай Линча

«Твин Пикс» как ремейк сериала «И это все о нем». Из цикла «Исправленному верить»

29 января 2014 Константин Богомолов
Случай Линча
Автор этой рубрики имеет давнюю склонность внедряться туда, где, по его мнению, некая яркая история не до конца разыграна; либо где исторические и документальные источники в какой-то ответственный момент замолкают или не договаривают. Автору далеко до тыняновской смелости начинать там, где кончается документ. Тем не менее к предлагаемой формуле «Исправленному верить…»  читатель волен, при желании, добавить вопросительный знак. В Москве Дэвид Линч появился в конце семидесятых, уже успев к тому времени родиться в Миссуле, штат Монтана, отдать дань травке, Дон Хуану и Харлей Дэвидсону, изучить изящество искусств в Бостоне и Пенсильвании и состряпать первую короткометражку, где шесть беспрерывно блюющих и, наконец, разлетающихся на куски голов  безусловно отсыла

В режиме монотонного веселья

Одну пьесу Василия Шкваркина поставили в Туле, другую издали в книжке в Москве

16 января 2014 Игорь Манцов
В режиме монотонного веселья
Репертуарный театр с давних пор и в любом уголке России транслирует официальную культурную норму. С целью выяснить, каковы же норма и, соответственно, общественный заказ, выбрался в Тульский драматический на премьеру. Спектакль по знаменитой до войны пьесе Василия Шкваркина «Чужой ребёнок». Поставил московский режиссёр Александр Каневский. Подзаголовок: «Комедия с музыкой и куплетами в 2-х действиях». Анонс трубит: «От мала до велика знают у нас великолепные кинокомедии Григория Александрова: «Весёлые ребята», «Цирк», «Волга-Волга» с музыкой Дунаевского, мелодиями танго. Сколько в них света, воздуха, озорства, влюблённости в жизнь! Помните: «Сердце, тебе не хочется покоя!»… И, напоследок, умиляетс

Арлекин в Стране Советов

Пять русских фильмов года за неделю: «Географ глобус пропил», «Сталинград», «Роль», «Распутин» и «Горько». Сегодня «Роль»

25 декабря 2013 Игорь Манцов
Арлекин в Стране Советов
Есть государства, где частная жизнь гражданина настолько отлажена, что столетиями фактически ничего не меняется. Разве что цивилизация наступает, принося вместе с технологическими новшествами новые блага. Такие государства будто бы уклоняются от Истории. Имею основания говорить о своей стране обратное: «Ее желание не вылезать из Большой Истории неистребимо». Наверное, потому, что Империя. А не какая-нибудь вечно нейтральная Швейцария. С данностью не поспоришь, смиренно принимаю. Отправляюсь на одну «историческую фреску» за другой. Сначала «Сталинград» младшего Бондарчука, теперь «Роль» Лопушанского. Так случилось, ни одного фильма Константина Лопушанского прежде не видал. Не имел, поэтому, ни предубеждений, ни ожиданий. Смотреть б

Война без особых причин

Пять русских фильмов года за неделю: «Географ глобус пропил», «Сталинград», «Роль», «Распутин» и «Горько». Сегодня «Сталинград»

24 декабря 2013 Игорь Манцов
Война без особых причин
«Географ глобус пропил» выиграл престижный конкурс, но «Сталинград» получил хорошую кассу. «Географ…» - о современности, а «Сталинград» - о далёком героическом прошлом. В «Географе…» льётся водка, в «Сталинграде» — кровь. Ничего, казалось бы, общего. Тем не менее в моём сознании оба фильма рядом. Кинокартина «Сталинград» сделана безошибочно. С точки зрения того, кто устал от натурализма и кто понимает относительность категории «историческая правда». Скептики скрипят зубами: «Было не так!» А как было? Реальная война, даже не такая кровавая и судьбоносная, как Вторая мировая, это непременный режим грязи, боли и смерти. А мы-то сидим в комфортабе